Первую я передвинул на поясницу, а вторую привязал к ноге ремнём.
Вот теперь я наложил на себя иллюзию смуглого обнажённого хаосита со зверским лицом и спустился с валуна. А дальше, используя тени и прикрытия, добрался до храма, где шло повальное совокупление.
Все были заняты, так что на меня никто внимания не обратил. И я, уже не скрываясь, посеменил к Маммоне, приволакивая ногу с примотанной саблей, будто она окостенела и плохо сгибалась в колене.
Сейчас лучше действовать в полный рост, а то ведь на крадущегося зверолюда точно обратят внимание.
А так я вполне уверенно шёл, изображая вожделение и попутно обходя сплетающиеся тела.
Внезапно что-то с силой обрушилось на мою спину, повалив на плиты пола.
Из-за неожиданного нападения я едва не потерял контроль над иллюзией, а это был бы приговор. Но мне невероятным усилием воли удалось сохранить на себе наложенное обличье.
Более того, я даже резко перевернулся на спину, готовый драться за свою жизнь. Но у напавшей была совсем другая цель.
На меня буквально рухнула потная жрица из числа людей. Её разведённые бёдра оказались на моём животе, а грудь уставилась на меня двумя розовыми ареолами. На искажённом страстью прекрасном лице царила полубезумная улыбка, большие глаза сверкали, а спутанные чёрные волосы водопадом коснулись моего подбородка.
Проворная рука жрицы метнулась к моему хозяйству. Но я вовремя схватил её за запястье, не дав прикоснуться к детородному органу.
— Хочешь поиграть, колченогий? — возбуждённо прохрипела она, облизав розовым язычком пухлые губы, покрытые коркой запёкшейся крови.
Я ответил оскалом, мысленно кляня эту дуру, так не вовремя воспылавшую ко мне интересом.
А она усмехнулась и вцепилась зубами в мою щеку.
М-м-м! Боль пронзила лицо, но я не выпустил её руку, а наоборот, сжал сильнее и даже умудрился повалить жрицу на пол и подмять под себя.
Та разжала зубы, оплела меня ногами и простонала:
— А-а-ах, какой самец! Давно никто не пытался доминировать надо мной. Все боятся.
Трусы! А ты не такой. И кровь у тебя сладкая, вкусная. — Она облизала губы, с вожделением посмотрев на меня. — Скорей же возьми меня! Я хочу потерять сознание от страсти.
— Хозяин — барин, — промычал я и со всей силы ударил её лбом чуть повыше тонкой переносицы, будто вылепленной гениальным дизайнером.
Жрица испустила едва слышный вздох, закатив глаза. Её тело расслабилось, перестав удерживать меня в объятиях.
Ну, практически так, как она и хотела.
