— Вы что, решили казнить меня?
— Нет, — ответил он. — Мы посчитали, что за жизнь Живы ты должен заплатить жизнью Сварога.
— Ты увидел во мне божественного некроманта? Или думаешь, у меня есть ключи от Великого Ничто? Сварог же почти наверняка мёртв!
— Нет, он жив. Марена сумела понять, куда он перенёсся. Ты разыщешь его и вернёшь. Иначе… — Семаргл шире приоткрыл дверь и многозначительно посмотрел на всех, кто был за столом. — Я этого не хочу, но Перун сказал, что… сам понимаешь.
Бог не договорил и посмотрел на меня двумя холодными, мрачными озёрами, отражающими силуэт Перуна, убивающего всех связанных со мной смертных
Я хмыкнул и тоже посмотрел на людей и зверолюдов за столом.
Стоят ли они того, чтобы идти за Сварогом? Всё человеческое, ещё не умершее во мне, говорило, что да, стоят, хотя то место, куда угодил бог, наверняка жутко опасное, раз сами славянские боги не хотят идти за своим собратом. Боятся.
А та часть меня, что уже вкусила божественную власть, сказала, что в моей жизни ещё будет множество таких смертных, и если другие боги начнут через них давить на меня, то ни к чему хорошему это не приведёт.
Подумав, я резко сказал, как рубанул мечом:
— Нет, Семаргл, я не веду никаких переговоров с шантажистами, а впутывать в наши разборки смертных — это шантаж чистой воды.
— Ты понимаешь, что после этого будет?
— Да. Перун обретёт ещё одного врага. Передай ему, что я, естественно, буду мстить, коварно и жестоко.
Семаргл нахмурился и невидящим взглядом уставился на стену, будто взвешивая «за» и «против», продумывая варианты.
Он явно считал, что в такой ситуации Перун просто не может отступить. Если бог не отправит меня за Сварогом, его авторитет пошатнётся. Посему Перун пойдёт до конца, невзирая на реки крови и моря боли.
Но я не был бы самым успешным потомком Локи, если бы не нашёл выход. Да, пусть он был дерьмовым и рискованным, но в то же время выгодным как для меня, так и для Перуна.
— Слушай внимательно, Семаргл. В принципе, я готов прогуляться за Сварогом и забрать его из детсада, но одному мне будет скучно, так что со мной пойдёт Марена. Она великолепно умеет слушать. А уж от моих шуток она просто без ума. И пусть Перун поклянётся, что, сука, никогда… слышишь? Никогда никто из вас всех не тронет моих слуг, даже если они заполонят всю Пустошь! А сам я минимум сто лет проживу в этом мире без ваших рож на моей лужайке.
