А вот если установить постоянный портал между заводиком Громова и городом зверолюдей — вот это был бы выход, клянусь задницей Фрейи!
— Сломанный рог, в городе есть маги с атрибутами, как-то связанными с пространством?
— С чем? — виновато глянул на меня минотавр, вряд ли имеющий за плечами хотя бы три класса магической школы. Да и в обычной-то он тоже вряд ли учился.
— Эмм, как бы объяснить попроще. О порталах слышал?
— Слышал, — обрадованно улыбнулся тот, обнажив здоровенные жёлтые зубы со съеденными кромками.
— Есть ли в Гар-Ног-Тоне маги, способные творить порталы?
— Есть, — кивнул тот и возбуждённо добавил: — Правда, не в самом городе, а неподалёку, в Великом Болоте. Три брата-отшельника. Говорят, они могут перемещаться на большие расстояния.
— Отшельники? Не люблю отшельников. Им же ничего от этой жизни будто и не надо.
— Глупцы, — вздохнул Сломанный рог.
— Ладно, найди для меня проводника. Попробую поговорить с этими господами.
— Они не поклоняются Сваргу, и вообще богам Хаоса, — предупредил минотавр, осуждающе покачав башкой.
— Их из-за этого считают изгоями.
— Хм, а может, они совсем и не глупцы, — прошептал я под нос и следом громко добавил: — Так есть проводник?
— Найдётся, — заверил меня зверолюд и, поколебавшись, уточнил: — Ты возьмёшь с собой Рысь или, может, Белую?
— Без них обойдусь, — решил я. — Мне нужен только проводник. А ты, пока меня не будет, не сиди на жопе ровно, а прикажи своим воинам побольше охотиться и собирать всякие коренья да фрукты с овощами.
Постарайтесь сделать побольше запасов.
Глава 21
Сломанный рог не подвёл меня. Он действительно нашёл проводника. Но такого, что плакать хотелось. С другой стороны, минотавр ведь ничего и не говорил о том, что качество этого проводника оставляло желать лучшего.
— А он не помрёт по дороге? — шёпотом спросил я Сломанного рога, скептически глядя на низенького, сгорбленного старика, опирающегося на палку.
Его грязно-седая борода чуть ли не касалась ступеней Дворца Совета, а лысая голова отражала свет луны.
На его узких плечах красовалась побитая молью шкура, а на худощавом лице с ввалившимися щеками и длинным крючковатым носом поблёскивали диковатые глаза пациента, сбежавшего из психиатрической лечебницы.
— Не помрёт, — без особой уверенности в голосе сказал Сломанный рог, стоя возле входа в бывший храм Перуна. — Его едва не каждый год хоронят, а он всё не помирает.
