— Ваше поведение в столице… — начал он с нотками обвинения в голосе.
— Не вашего ума дело, — перебил я его, смерив холодным взглядом, промораживающим до самого нутра. — Вы ничего не знаете, а опираетесь на слухи, как бабка на лавке перед подъездом."
"— Да что ты себе… — вскинулся он, заметив краем глаза, что на нас уже начали обращать внимание и другие кадеты.
— Я ещё не закончил, — не дал я договорить раскрасневшемуся парню. — И не тебе учить кого-то правильному поведению, коли сам недалеко ушёл от сплетников.
Ты что вообще тут делаешь? Увидел толпу людей и решил разжиться новыми слухами?
— Ты зарываешься, Громов, — сощурил тот зенки, загоревшиеся гневом. — Надеюсь, у тебя хотя бы хватает ума понимать, что тут собрались добровольцы, готовые сражаться с хаоситами? И я один из них!
— Из хаоситов? — недоумённо поднял я брови.
Со всех сторон раздались хохотки дворян, прислушивающихся к нашему диалогу на повышенных тонах.
— У тебя острый язык, Громов, — прошипел Рыльский, играя желваками, едва не протыкающими кожу.
— Но посмотрим, так ли ты будешь хорош на войне. Поглядим, кто из нас заслужит большую славу и совершит больше подвигов. Клянусь Перуном, я во всём превзойду тебя.
— Что-то мне не верится, что ты прославишься. Хотя нет, ты можешь прославиться, стать героем, убить тысячу хаоситов голыми руками, а потом услышать «проснись, Рыльский, ты обоср… эм-м-м… обгадился», — смягчил я окончание, покосившись на девушек.
Приёмная утонула во взрывах хохота. Даже хрустальная люстра мелко затряслась, то ли испугавшись, то ли хихикая.
У Рыльского едва пар из ушей не повалил. Он сжал кулаки, глухо зарычал, а на его висках и лбу вздулись вены.
— Что тут за хохот? — показался из кабинета осунувшийся градоначальник с такими большими мешками под глазами, будто в них белки орехи прятали.
В прошлый раз он выглядел значительно лучше, а сейчас его было не отличить от несвежего мертвяка.
— Громов изволит весело острить, — сказал кто-то из смертных.
— Громов? — просипел глава города и нашёл меня взглядом.
Конечно, он заметил и красного как помидор Рыльского, после чего градоначальник быстро сложил два плюс два и решил поступить, как истинный управленец, нежелающий, чтобы на вверенной ему территории вспыхивали ссоры.
— Графиня Белова, баронесса Огнева, пройдите в мой кабинет без очереди. Мы же не можем заставлять ждать дам, да, господа? — проговорил глава города и окинул взглядом согласно закивавших дворян.
