«И что? Мне опять терпеть как последнему лоху? Могла бы предложить и другие варианты!»
У меня, между прочим, после вчерашних обниманий грозит начаться спермотоксикоз! С нового года ни на полшишечки… Разве дело?
«Собственно, а чего я жду с моря погоды?»
Можно ж ведь красиво даме намекнуть, что пора бы ей опуститься на свои прекрасные колени, расстегнуть ширинку и… Мне, кстати, много не надо! Есть скромное подозрение, что при первых же ее телодвижениях дело кончится обильным извержением.
Один вопрос: как намекнуть? У меня с деликатностью по жизни проблемы, но не хочу, чтобы обижалась.
– Лиз, ты пробовала чупа-чупсы сосать? – ляпаю первое, что приходит на ум.
– Конечно! – кивает она.
Вот так да! Значит, целка целкой, а в рот брать умеет!
Это, конечно, сильно облегчает жизнь, но мне стало неприятно.
– И тебе как? Нормально?
Лиза от моего вопроса подвисает, хмурит лицо, а потом выдает:
– А что в них может не нравится? Они вкусные, сладость же…
И тут до меня доходит, какие чупа-чупсы Лиза имеет ввиду.
– Стой, ты про конфеты? – громко хмыкаю, еле сдерживаюсь, чтобы не засмеяться в голос, а в груди тем временем разрастается приятное облегчение. Все-таки невинней этой девчонки еще поискать, а я, как оказывается, собственник.
– Конечно про конфеты, а ты про что?
Она сосредоточенно на меня смотрит, ждет ответа, а я не понимаю, как ей объяснить, что имел в виду. Может, взять ее за руку, самому опустить на колени и на деле показать, чего от нее хочу? Это мысль!
– Лизок, я…
Уже тянусь к ней, а потом представляю, как это будет.
Есть доля вероятности, что при виде моего возбужденного хозяйства Кареглазка грохнется в обморок. Это, можно сказать, наиболее вероятный исход событий, учитывая, как ее легко смутить. Нет, такой вариант мне критически не подходит.
– Лизок, я хочу тебя поцеловать, можно?
Она снова краснеет, замирает, даже будто бы глаза прикрывает.
– Что, прямо сейчас можно? – задаю глупейший в мире вопрос."
"А она начинает хлопать ресницами, как будто собирается с их помощью взлететь.
– Типа чего я торможу, да? – усмехаюсь и наклоняюсь к ней.
Легко касаюсь ее губ своими, кладу ей руку на плечо, целую более настойчиво, засовываю в ее ротик язык. У нее там всё сладко, нежно, влажно… Мысли о минете снова тут как тут, и в этот момент мой приятель решает восстать во всю свою боевую мощь. Вспоминаю, как засовывал палец девушке в попку во время нашей первой и единственной ночи, и терпеть становится совсем невмоготу.
