Отличная вещь, если бы еще не намалеванный на броне красный кельтский крест. Шакалы будто обкладывали! Ладно, проблемы будем решать по мере их поступления. Сразу ведь было известно, еще со слов рейдеров, что банда или секта Постигающих довольно вольготно себя чувствовала в Остроге.
Стоянка же была почти забита. Разнообразной техники тут хватало. И вся она в той или иной мере адаптирована под условия Стикса. Пара тайотовских пикапов с пулеметными, сейчас пустующими, турелями в кузовах. Несколько мотоциклов.
Военный «Хамви», выкрашенный в песочный цвет. «Уралы» и «КамАЗы», увешанные железом и утыканные шипами, окна в решетках. От обилия и разнообразия всевозможных конструкций в глазах рябило. Практически все автомобили прошли определенную модернизацию. Логичность большинства видов апгрейда оставалась за кадром и была под вопросом. Большим таким вопросом. По мне, осталось еще цирковые шесты прихреначить, а на них пару живых зараженных. Чем не безумный Макс? Внушает? А то!
Но удивляло другое.
Поражало, что ли. Чистота, прагматичная распланированность каждой детали ландшафта на территории форпоста, общий архитектурный облик всех построек, прекрасный асфальт, четкая разметка, указатели. Сотни и сотни мелочей складывались в картину эдакого порядка, который у нас принято называть немецким.
Еще откуда-то одуряюще пахло печным дымом, и сразу зачесалось все тело. А перед глазами явственно возникли клубы обжигающего пара, березовый веник, квас, много кваса. Потом можно сидеть распаренному за деревянным столом с литровой запотевшей кружкой хорошего холодного пива – это… Это райская картина!
Я закурил, а в поле зрения показались Москвич и Каштан, свежаков уже увели, да и многие рейдеры, кроме водителей, разбрелись по своим делам.
– Люгер, я все у тебя хотел спросить, да времени не было, – вполне бодро скалясь и вращая в разные стороны единственным глазом, сказал заместитель командира, дежурно стрельнув сигарету.
– Спрашивай, – милостиво разрешил я.
Опять какую-нибудь хрень придумал. Но сейчас злиться ни на него, ни на Каштана не получалось. Уже почти своими их считал.
– Ты что, жрал кого-то? – ткнул он пальцем мне в грудь.
Кровь зараженного пусть и засохла, но все равно залит я был ею порядочно, от подбородка до пояса. С лица смог частично салфетками оттереть, но, похоже, не до конца. И к моей одежде за какие-то двое суток столько этой кровушки прилипло… А личный счет на кладбище вырос нехило.
