Предупреждаю, чтобы не было недопонимания: после каждого рейда мы проходим ментата. О дальнейших задачах сообщу позднее, сейчас же грузитесь. И шнель, шнель! – Она хлопнула несколько раз в ладоши, вышло громко, гулко.
Все полезли в распахнутую дверь кунга по небольшой лестнице вслед за Гайвером. Итого всех вместе нас оказалось четырнадцать человек, плюс водитель и пассажир рядом с ним. Набились, как сельдь в бочку. Вот интересно, куда они продукты грузить собирались? И самим негде повернуться, и на крыше нет никакого багажного отделения.
Я занял место у бойницы, нагло сдвинув в сторону пролезшего вперед вертлявого мужика, который мне не понравился еще во время выдачи кладовщиком «оружия».
Еще не успели все занять места, как раздался рык мощного двигателя, а затем автомобиль плавно двинулся с места. К слову сказать, шумоизоляция в салоне была на высоте. Можно было спокойно разговаривать. Герда, усевшись на отдельное сиденье возле перехода в кабину, видимо, командирское, что-то тихо говорила в гарнитуру рации.
Обзор из бойницы был плохим. Вот промелькнул не замеченный мной ранее или появившийся недавно старичок «Т-62», возле которого суетился, судя по шлемофонам, экипаж. Один показал в нашем направлении средний палец. Кому-то конкретному или отряду?
Мы затормозили, ожидая, когда огромные стальные створки ворот отъедут в сторону.
– Эй, все внимание на меня! – прикрикнула командирша, закончив со своими делами. Пришлось и мне отвлечься от созерцания окрестностей.
– Первое, – начала она дальнейший инструктаж. – Хотите бежать? Бегите! Мне, да и никому другому до этого дела нет. Дальнейшая процедура простая: вас вносят в черный список, объявляют в розыск. Как результат – Острог, форпосты, да и другие обитаемые стабы, с которыми у Княжества нормальные отношения, становятся для вас запретной территорией. Это ясно?
– А если так случится, что, например, вы уедете, а кто-то останется случайно? Всякое же бывает.
Надо же, вертлявый вопрос сразу задал правильный.
– Тогда вы своими силами добираетесь до двадцать второго форпоста. Затем проходите ментата и трудитесь во благо Острога дальше. В любых других случаях, если ваша смерть кем-то лично не будет зафиксирована, о чем опять же будет сделана соответствующая запись в присутствии ментата, вы объявляетесь в розыск. С этим ясно?
Кто-то кивнул, кто-то промолчал, у «старичков» на лицах была написана скука.
– Далее, для объяснения вашей диспозиции.
