Брюнетка же, смерив меня оценивающим взглядом, который задержался на револьвере, почти пропела:
– Вот это комплексы… – Голос у нее был красивый, она хотела еще что-то добавить, явно пытаясь спровоцировать меня, но вмешался напарник, беззастенчиво вклинившийся в паузу и прооравший:
– Знакомьтесь, дамы, это Люгер – он свежак! Но бодрый!
– Тот самый?! – Обе посмотрели на меня, как будто только что увидели, а еще в глазах бесшабашное веселье и характерный блеск. Точно, они с Москвичом на одной волне – на синей-синей.
– Знакомься, это несравненные Одри и Сильвия, мои лучшие подруги и верные боевые товарищи! – Тут он хохотнул, обнял обеих, прижал к себя, попытался поднять. Те, смеясь, вырвались, чуть не повалив рейдера.
– Ты, Москвич, руки-то не распускай! Ты зачем звал? Пить коньяк? Вот и наливай, а то распоясался!
– Тогда за мной! – скомандовал тот и первым полез на заднее сиденье машины.
Я же закурил вторую. Тем временем народ стал постепенно рассаживаться по машинам. Бывшие штрафницы и штрафники, а теперь свободные люди тоже скрылись в кунге «Урала».
Хельга, к моему разочарованию, с еще одной незнакомой девушкой забралась в «Тигр», дверь в автомобиль им галантно открыл уже виденный мной длинный мужик.
Видимо, пора трогаться. Хотел окурок отправить щелчком в сторону, но общий порядок и отсутствие в поле зрения даже намека на мусор заставили найти урну, находящуюся в десяти метрах. Я дошел до нее и, затушив бычок, отправил его в ненасытный зев. Не зря говорят про эффект «разбитых окон», вот его действие – налицо.
И никаких рядом надзорных служб, но сама обстановка воздействовала.
Не успел я усесться на сиденье, как между ним и водительским просунула голову брюнетка и сразу задала вопрос:
– Скажи, Люгер, а правда, что ты под спеком к Хельге клеился? И даже целоваться лез?
Как в детском саду.
– Она сама не хуже всякого спека на неподготовленного действует! – Я усмехнулся. Ага, головной БТР выдвинулся, за ним начала строиться колонна. Сначала поползли фуры. Действовали слаженно.
Не знаю, была ли заранее установлена связь между всеми машинами или на связи были только основные автомобили. По крайней мере, Мажор никуда не бегал, а автомобильная рация «Кенвуд» продолжала молчать.
– Рассказывай… – недоверчиво протянула брюнетка. – Типа на Хельгу в бане посмотрел и сразу голышом возле Западных ворот в воздух стал палить? С охраной драться и бомбы взрывать… Ну-ну!
Пройдет немного времени, и события того вечера совсем потеряют реальные очертания.
