— Медики находились у постели Степы, туда спешно привезли какой-то аппарат. Но я уже понял — надежды нет. А Светлана и моя мать твердили: «Сейчас нашего мальчика спасут. Три профессора здесь, приехал самый главный кардиолог, светило, академик». Но ведь не бог же он! И тут мимо везут Женю. Он весь в капельницах, за каталкой Каролина идет, лицо белое, словно лист бумаги. Кровать на колесах втолкнули в соседнюю палату. Через считаные секунды от Степы вышел тот самый академик и отправился к Жене, а через пару минут нам сообщили о смерти нашего мальчика.
Мать с тех пор говорит: «Бражкин убил моего внука. Он позвонил профессору, велел ему бросить Степочку и заняться Евгением». Я-то понимаю, что врач покинул сына, когда констатировал его смерть, и сразу направился к другому ребенку, чье состояние внушало опасения, но вот мама полагает иначе.
— Понятно, — кивнул Иван Никифорович. — Мы начнем работу и посмотрим, как…
В этот момент в кабинет влетела хорошенькая блондиночка с волосами до плеч, с густой челкой и капризно протянула:"
"— Папа, вели Кате от меня отстать! Почему она себя главной считает? Мне что, до пенсии от нее слышать: «Ты самая младшая, слушай умных людей»?
Я сразу узнала во вбежавшей красавице Олю, девушку из кафе, ту самую, которая, обидевшись на свою спутницу, умчалась прочь, отказавшись оплачивать заказ.
Ну, теперь ясно, почему официантка не нервничала. Наверное, счет уже доставили сюда, в красивый особняк отца юной скандалистки.
— Прости, папа, — чуть задыхаясь, сказала другая девушка, тоже заходя в кабинет.
— Оля здесь?
Я мигом поняла, что вижу Катю, с которой Оля сидела в кафе за одним столиком. Блондинка высунула язык, выпучила глаза и упала на диван со словами:
— Давно умерла!
— Знакомьтесь, господа, — улыбнулся Василий Петрович, — мои дочери, средняя Екатерина и младшая Ольга.
— Зачем подчеркивать возраст? — тут же разозлилась Оля. — Какая разница, кто когда родился?
Катя опустила ресницы.
— Добрый день. Извините, что помешала, уже ухожу.
Ольга, ты со мной!
— Нет, я с папой посижу, — прочирикала сестра.
— Оля, ты со мной! — повелительно произнесла Катерина.
— Иди, дорогая, — распорядился отец, с улыбкой посмотрев на Олю, — у нас дела.
Младшая дочь встала, одернула платье и, забыв попрощаться, выскользнула за дверь. Но проходя мимо Кати, нарочно наступила ей на ногу.
— Ой! — вырвалось у средней сестры.
— Я сделала тебе больно? — преувеличенно заботливо спросила Ольга.
