— Я смотрю, Салли всерьез решила взять тебя в оборот, — прикурив и медленно выпустив облако дыма, поделился опасением Брендон. Ник промолчал, только стрельнул в него гневным взглядом. Тот шутливо вздохнул, будто удивляясь его нетерпеливости, но благоразумно решил больше не тянуть с рассказом. Нервы у Ника в последнее время ни к черту! — У меня есть две новости — хорошая и не очень, с какой начинать?
— Оставь свои киношные эффекты для присяжных, или мне нанять другого адвоката?
Брендон поднял вверх руки, сдаваясь перед столь весомым аргументом и, окинув комнату беглым взглядом, понизил голос:"
"— Твоя жена не имеет к тебе никаких финансовых претензий.
Вообще. Даже отступные за мирный развод предлагать не пришлось, — пытался шутить Брендон. — Даже более того, она вернула банковские карты, документы на открытый на ее имя депозит. Мы сегодня с ее адвокатом переоформили счета снова на тебя. — Он затянулся и, выпустив идеальное колечко сизого дыма, произнес: — Щедро.
Ник задумчиво постукивал пальцами о стол, размышляя, откуда такое благородство.
Неужто Шэрен так испугалась его угроз, что даже возможностью заработать еще не соблазнилась? Он взял из брошенной пачки тонкую сигарету и, покрутив между пальцами, прикурил. Ник давно отказался от пагубной привычки снимать стресс никотином, да и особого удовольствия от процесса не испытывал, но сейчас смертельно захотелось покурить. Легкие наполнились дымом, а в голове немного зашумело. Дым и алкоголь закружились в смертельном танце, наверняка, размышляя, как бы поскорее его убить.
Ник был не против, поэтому сделал большой глоток джина и, молча докурив сигарету, взял еще одну.
— Я так понимаю, это была хорошая новость?
— Еще бы! — воскликнул Брендон. — Хотя…
Ник напрягся, не понимая, к чему он клонит и что эта за нерешительная пауза.
— Суд отклонил прошение о начале процесса и дал месяц на примирение. Поэтому рано радоваться, Шэрен еще не подписала документы.
Примирение… Это слово с размаху врезалось в затуманенную голову, обжигая что-то глубоко внутри.
И отрезвило. Ник шумно выдохнул и почувствовал странное облегчение. Какой плохой новости он ожидал? Ответа не было. Но вынужденная отсрочка отчего-то не казалась таким уж прискорбным событием, скорее, досадным недоразумением. За отведенный им месяц Ник рассчитывал убить чувства к жене, которые, как бы он ни желал обратного, все еще жили в его сердце, и спокойно, без всяких эмоциональных терзаний поставить свою подпись под свидетельством о разводе.
