Опустив Шэрен на кровать, Ник полностью разделся и понял, что правильно не получается. Она, забыв о смущении, придвинулась к его бедрам и медленно провела язычком по гладкой головке, затем обхватила ее губами, вырывая из горла Ника судорожный вздох, и медленно заскользила по всей длине. Шэрен хотела его всего. Хотела почувствовать вкус и ощутить твердость. Желала насладиться властью, которую получила над большим и сильным мужчиной.
Ник запустил ей руку в волосы, путаясь в мягких локонах, и в такт ее движениям, плавно задвигал бедрами.
Ласки Шэрен были невыносимо приятными и мучительно нежными. В последний раз насладившись ощущением горячих губ на своем члене, он остановил ее и легонько толкнул на кровать, опускаясь сверху.
В следующий раз они доведут дело до конца, а сейчас он хотел, чтобы они оба в полной мере наслаждались процессом. Желал накрыть податливое тело своим и брать, пока Шэрен не начнет громко стонать от удовольствия. Он медленно провел членом по ее плоти, проверяя готова ли она принять его.
Она была готова."
"До конца погрузившись в нее, такую тугую и горячую, Ник не сдержал стон, опасаясь кончить только от одного ощущения обжигающей тесноты ее тела. Он на мгновение замер, затем вышел на всю длину, желая продлить удовольствие, двигаясь размеренно и неторопливо. Но Шэрен, нащупав ритм, в котором они оба смогут достичь развязки, сводила с ума движениями бедер, заставляла терять контроль и увеличивать темп.
Толчки становились сильнее и резче, стоны — громче, а вдохи — отрывистей и короче. Когда она больно впилась ногтями в спину и сжалась, как тугая пружина, Ник закрыл ей рот поцелуем, впитывая в себя довольное мурлыканье и ощущая, как она, испытав оргазм, постепенно расслабляется. Прикусив ее губу, Ник дал волю собственным желаниям: он быстрым движением перевернул Шэрен на живот и снова вошел, резко и глубоко. Запустив руку в золотистые волосы, он намотал их на кулак и потянул на себя, двигаясь жестче и свирепей, намеренно приближая финиш.
Сейчас Ник хотел кончить именно так, и он кончил. Бурно, ярко, остро.
Густая темная ночь давно опустилась на город. Сан-Франциско засыпал. Кто-то, уютно устроившись в мягких постелях, давно наслаждался благословенным отдыхом, который давал сон. Кто-то, устало зевая, только собирался нырнуть в теплые объятия пушистого одеяла.
