Список их различий все увеличивался, и у него даже разболелась голова. Балларду уже хотелось увести Кловер отсюда, но он не хотел обижать хозяина.
Дело близилось к полуночи, когда Баллард решил, что им пора ехать. Сирил послал человека за фургоном Балларда, и они ждали на веранде, когда конюшенный подгонит повозку. Была теплая лунная ночь, и Баллард подумал, не уговорить ли Кловер остановиться по дороге, чтобы предаться любви под звездами. После долгого вечера в ее мире, когда его не покидало чувство отчуждения, он еще сильнее чувствовал потребность ощутить ее объятия и пылкую страсть.
Сирил стоял на верхней ступени веранды, прислонившись к широкой колонне.
— Я хотел бы пригласить вас в гости, когда вернутся мои сыновья.
Баллард посмотрел на Кловер и ответил:
— Мы будем очень рады, сэр.
— Должен признаться, у меня в этом есть свой интерес. — Сирил улыбнулся Кловер. — По намекам в письмах Джошуа я понял, что ему понравилось вращаться в светском обществе Бостона. Его невеста из довольно знатной семьи.
— Он стал невыносимым снобом, — пробормотал Теодор.
Игнорируя реплику сына, Сирил продолжил:
— Когда Джошуа уезжал в школу, здесь не существовало того, что можно было бы назвать «светским обществом». И меня это никогда не смущало. Но если Джошуа считает, что ему это необходимо или без этого не может обойтись его невеста…
— Показав ему, что и здесь существует определенный круг общения, вам легче будет убедить его остаться здесь, — закончила Кловер.
— Да. Возможно, это эгоистично с моей стороны, но я хочу, чтобы мои сыновья были рядом со мной.
Кентукки быстро разрастается, и я полагаю, что каждый из них может устроить свою жизнь здесь. Вероятно, это была не лучшая идея — отправить их в школу на восток. Я надеялся, что они приобретут необходимые знания, чтобы помочь мне обустроить эту землю, но, по-видимому, их соблазнила другая жизнь. — Он улыбнулся, бросив взгляд на Теодора. — По крайней мере некоторых из них.
— В таком случае нам придется показать им, что и здесь жизнь можно устроить наилучшим образом, — сказала Кловер.
— Я серьезно намереваюсь попытаться сделать это. А вот и ваш фургон.
Баллард испытал укол ревности, когда Теодор поцеловал Кловер руку. Потребовалось даже некоторое усилие, чтобы дружески улыбнуться молодому человеку и пообещать, что они обязательно встретятся вновь. У Балларда возникло сильное желание держать Кловер подальше от Теодора Потсдама, хотя это было невозможно и как-то уж совсем по-детски.
