— За каждым днем наступает ночь, а за каждой ночью Утро. В моей и твоей судьбе был день, и была ночь. Сейчас пора рассвета — отец поднимается и крепко сжимает в объятия, а меня накрывает волна необузданной злости. Хочу отомстить. Но точно осознаю, месть — блюдо, которое подаю холодным. Нужно остыть.
Отец поднимается вместе со мной в комнату и укладывает меня. Словно маленького ребенка. Очевидно, ни он, ни я не готовы к дальнейшему разговору. Нужна передышка. Выдохнуть. Ведь утром придется начать снова рассказ, узнать о старом инциденте, которым стращал Дамир.
Нужно ли упоминать о Рустама? Нужно, точно нужно. Никаких секретов. Но я пока не могу думать об этом. Слишком слаба. Эмоционально выдохлась полностью. Нужно набраться энергии. Вот только где взять сил? Откуда? Как справиться с проблемами, которые нажила сама?"
"Слезы с новой силой подступили к глазам. Не помню, как смогла заснуть. Во сне вновь пришел таинственный незнакомец, протягивая руку, приглашая на танец. И вновь мы в центре зала. Маски скрывают лица.
Из динамиков раздается звук и вот мы уже сливаемся в танец страсти и огня. Хлопок и музыка утихает. Осматриваюсь, но никого не вижу. Только вечер, огни, полумрак и тот самый балкон. На котором впервые встретились. Я снова зажата в угол, пульс бьет в виски. Сердце бешено колотиться. Незнакомец берет жестко и грубо, снова и снова. Вот только теперь не испытываю удовольствия, лишь отвращение. И в первую очередь к себе. К своему телу. Жалистый поцелуй и я открываю глаза, в реальности тру губы ладонью, которые изрядно стали гудеть.
Медленно выдыхаю и стираю остатки пота на лбу.
— Сон. Ужастный кошмар.
Прохожу в ванную, включаю холодную воду, подставляю руки и брызгаю на лицо. Пытаясь стереть не столько сон, сколько прошлое. Но прошлое упорно не хотело отпускать, с новой силой напоминая о себе.
Хоть частично и удалось поговорить с отцом. Признаться и снять часть груза с души, все же спокойно уснуть не удается. Едва закрыла глаза, как вновь вижу Рустама. По телу проносится раскатистая волна обиды.
Даже не так, отвращения к себе. Повелась на красивую мордашку, немного приласкал и я покорно раздвинула ноги. Фу… Мерзость! Как смогла пойти на это? Вновь принимаю холодный душ и от души тру себя мочалкой в попытках смыть весь тот позор, что натворила добровольно.
Стала игрушкой для богатеньких, в конец зажравшихся пижонов. В руках которых безграничная власть. Заскучавших от праздной жизни, устраивают соревнования, кто же круче.
