Глава 7
В спальне Колдера Аргал, его личный слуга, был готов приступить к подготовке своего господина к первой брачной ночи. На умывальнике уже стояли два таза с горячей, исходящей паром, водой для бритья. На спинке стула висел лучший шелковый халат Колдера, а на туалетном столике ждал своего часа единственный одеколон, которым Колдер пользовался: специально для него изготовленная парфюмерная вода с едва уловимыми нотками сандалового дерева.
– Позвольте еще раз вас поздравить, милорд. Какой волнительный день для всех нас, – просияв, произнес слуга.
Где же он был, когда произошла эта безобразная сцена в вестибюле? Уж лучше бы он молчал.
Колдер взглянул на сияющие металлические инструменты для бритья и поймал себя на мысли, что, возможно, острые предметы следует держать подальше от его новой жены. Она была далеко не в лучшем расположении духа, да и сам Колдер не был в восторге ни от сложившейся ситуации, ни от молодой жены, и браться за… Как бы это сказать поделикатнее? За исполнение супружеских обязанностей? Одним словом, время для такого рода занятий было явно не самое подходящее.
Колдер прочистил горло.
– Леди Брукхейвен не ожидает меня сегодня вечером. – Или ожидает? Готова ли она с холодным безразличием пройти через это сегодня же? Вообще-то, она дала брачные клятвы и тем самым на это согласилась. И он имеет полное право потребовать от нее, скажем так, исполнения практически любого своего желания.
Колдер представил себе златовласую обнаженную красавицу, стоящую перед ним на коленях и, опустив голову, ждущую его приказаний.
И он сам себе стал противен. Ни один здравомыслящий мужчина никогда не стал бы принуждать к близости женщину, тем более свою жену-аристократку.
Хотя ей могло бы это понравиться.
Колдер задумчиво уставился на дверь в соседнюю комнату. Он не знал, как поступить. Он женился на незнакомке в первый раз, затем снова женился на незнакомке, и…
И тогда, и сейчас планы его сильно расходились с действительностью.
Мелинда, хотя всем своим видом давала ему понять, что ничего не имеет против близости, тихо заплакала, после того как он консумировал их союз.
Колдер был с ней нежен, предельно внимателен и потому точно знал, что если и причинил ей боль, то совсем чуть-чуть. Он подумал тогда, что слезы вызваны девичьим страхом, и про себя сказал пару ласковых слов в адрес ее матери, которая так плохо подготовила дочь. Судя по всему, Мелинда никогда не испытывала особого удовольствия от близости, но никогда не отказывала ему.
