– Доброе утро, миледи.
– Лементье! – воскликнула Дейдре. – Что вы тут делаете?
Чудеса сыпались на нее этим утром как из рога изобилия. Мало того, что она проснулась в комнате, полной восхитительных нарядов, еще и сам их творец и создатель явился к ней.
Дейдре улыбалась самому востребованному портному Лондона. Дейдре не испытывала ни малейшей неловкости из-за того, что он видел ее в ночной сорочке, поскольку во время примерок свадебного наряда он видел ее куда более раздетой.
Кроме того, Лементье был не из тех мужчин, кого стоит стесняться дамам.
Он широко улыбнулся в ответ и развел руки в стороны.
– Прямо-таки пещера Али-Бабы, верно?
– Нет, в десять раз лучше! – со смехом ответила Дейдре и выбралась из постели. С восторгом она перебегала от одной кипы платьев к другой, потом принялась вытаскивать шляпки из коробок, примеряя то одну, то другую, затем переключилась на перчатки. – А еще туфли! И гребни! И ридикюли под каждый наряд!
Настоящий пир для изголодавшейся по модным нарядам души Дейдре.
И вдруг Дейдре вспомнила кое о чем, и шляпка с яркими лентами выскользнула у нее из рук.
– Но… его светлость не позволит мне все это носить.
Она обвела печальным взглядом всю эту неземную красоту и, спрятав руки за спиной, сказала спокойно и с достоинством:
– Мне жаль, Лементье, но, боюсь, вы зря все это привезли. Я полагала, вам известно о том, что его светлость отменил все мои заказы.
Лементье загадочно улыбался.
– О, я знал об этом, миледи. И продолжал шить. Потому что был уверен в том, что вам удастся заставить его передумать.
И вот, представьте, маркиз Брукхейвен собственной персоной является ко мне среди ночи, удваивает заказ и платит втрое больше за то, что я доставлю бо́льшую часть заказанного в Брук-Хаус на следующее утро, до вашего пробуждения! – Портной весело подмигнул Дейдре. – Раскаявшиеся мужья – мои любимые клиенты. На них держится мое благосостояние!
– Колдер приехал к вам? Сам? – Дейдре взглянула на новые наряды, и их стоимость в ее глазах поднялась втрое.
И еще нижняя губа ее задрожала, а на глаза навернулись слезы.
Лементье привычным жестом протянул ей носовой платок и проводил к свободному от платьев и коробок креслу.
– Присядьте, детка. Позвольте мне налить вам чаю.
Несмотря на наплыв эмоций, Дейдре не могла не спросить:
– Такое частенько случается, да?
Лементье протянул ей чашку, взяв ее с подноса, стоявшего за шляпной коробкой, после чего осторожно присел на подлокотник ее кресла.
