Правую руку деда, простите.
И завтра наверняка в социальных сетях появятся наши фотографии и новость о грядущей свадьбе.
Мы разрываем поцелуй одновременно. Словно в одно и то же мгновенье поняли что творим что-то не то. В глазах Левандовкой пляшет растерянность, но она быстро берет себя в руки и уже через секунду виляет своей аппетитной задницей где-то в толпе. Я выхожу из ступора и иду за ней. Доганяю уже на парковке, она разговаривает по телефону и по обрывкам фраз понимаю, что заказывает такси.
- Не надо, — резко выдергиваю из ее рук телефон и нажимаю отбой.
— С другой стороны здания есть бар. Ты, кажется, хотела выпить.
Я выжидающе смотрю на неё и при виде ее припухших губ на моем лице мимо воли расцветает улыбка. Я не знаю почему не позволил ей уехать и почему предложил выпить вместе. Наверное, из-за того, что она была единственным человеком, с кем я мог говорить о смерти деда. В слух. А мне хотелось поговорить. Осень. Ну, или потому что в моих штанах все ещё не угасло пламя желания.
— Ладно, веди меня, сегодня по-особенному дерьмовый вечер, почему почему бы не сделать его чуточку лучше? — в ее голосе сквозит грусть, в во взгляде какая-то растерянность.
Люба не смотрит мне в глаза, пристраивается рядом и идёт за мной."
"Впереди нас вырисовывается стройная фигурка Риты, с которой я сегодня успел познакомиться. Она выглядит чертовски соблазнительно и я более чем уверен, что стоит только намекнуть, как она окажется на заднем сидении моего авто со спущенными трусиками. Но у меня сегодня компания из невыносимой женщины с разбитым сердцем, а ещё мне не хочется быстрого секса с доступной девицей, лучше уж буду наблюдать за тем, как «последняя надежда завода» будет медленно превращаться в алкоголичку.
А ещё, возможно, забуду ее где-то. В парке на лавочке, например. Отличное веселье было бы.
Люба вливала в себя седьмой по счёту шот. Я же скучающим взглядом обводил полупустой бар. Зря я приехал на тачке, даже не выпить толком.
Она трещит о своих котах, показывает фотографии и видео, словно это ее дети.
Она пьяно растягивает слова и громко смеётся. Рассказывает несколько смешных историй, а потом замолкает. Пожалуй, такую Любу я вижу впервые.
— Мне кажется, тебе уже хватит, — выдёргивают стакан из ее пальцев и с грохотом ставлю его на барную стойку. — Давай я отвезу тебя домой, уже поздно, — я злился на себя за то, что импульсивно предложил Левандовской посидеть вместе и выпить. Вернее пить должна была она, а я лишь смотреть.
