Скорее всего, в течение дня извилистые мощеные улицы и потрясающий вид были очаровательными и живописными, но сегодня вечером, с туманом, повисшим в воздухе, с темной и блестящей после дождя землей и фонарями, светящими сквозь туман, Монмартр, казалось, напоминал старомодные фильмы нуар[10]."
"Взяв меня за руку, Лукас повел меня к ресторану, находящемуся с правой стороны от главной площади, и я сразу же услышала причину, по которой он привел меня сюда. Из открытых дверей доносились звуки гитары, и я сжала его руку, когда он повел меня к небольшому квадратному столику в задней части большой, наполовину заполненной людьми, комнаты.
Когда мы сели, я начала с интересом изучать трех играющих музыкантов. Они сидели в полукруге, и я не была уверена, как должны были выглядеть цыгане, но я точно не представляла трех статных парней, среднего возраста, в джинсах и клетчатых рубашках с электрическими гитарами, подключенными к усилителям. Перед ними был небольшой столик со стопкой компакт-дисков, небольшой корзинкой для наличных и три бокала пива.
Они выглядели как обычные люди, дающие представления за деньги на улице.
Но музыка.
Я никогда прежде не слышала ничего подобного. Меня впечатлило то, как они сохраняли ритм и с какой скоростью играли, сливаясь в единую мелодию.
— Боже мой, их запястья, должно быть, очень болят, — сказала я Лукасу.
Он улыбнулся.
— Они привыкли к этому.
У ведущего гитариста, что был по середине, пальцы так быстро летали по струнам, что его руки казались размытыми.
Я никогда не видела ничего подобного.
— Ты можешь играть так же быстро? — спросила я.
— Ха. Я бы хотел.
Я толкнула его локтем.
— Бьюсь об заклад, ты можешь.
— Слушай, я неплохо играю. Но эти ребята настоящие профи. Видишь того парня? — он указал на музыканта по центру. — Он играет так же хорошо, как любой джазовый гитарист, которого я встречал в Нью-Йорке.
Мы пили вино, ели стейки с картошкой фри и салатами и слушали музыку, Лукас время от времени отвечал на мои вопросы о названии песни или стиле музыки.
Это было так весело, что я почти забыла о сексе.
Почти.
Но иногда я смотрела на Лукаса и ловила его взгляд на себе, и он дарил мне небольшую улыбку, которая означала, что он знает, о чем я думала.
Он наклонился и прошептал мне в ухо:
— Я не могу перестать думать о том, что было в душе. — Мое лицо вспыхнуло и поток возбуждения устремился к моему лону.
Я была удивлена, когда в перерыве, ведущий гитарист подошел к нам и пожал Лукасу руку.
