Но с другой…
Просто кошмарно признавать. Но что-то в его словах всё же есть.
Если откажусь — он интерпретирует это как слабость. Непременно. Потому что как бы я ни хотела, мне не отделаться от прошлого Ивы. А она бегала за этим козлом крылатым и не хотела учиться.
А ещё, как говорится, лучше быть богатым и здоровым, чем бедным и больным. Мне нужны знания, и сила, а вот лишние подозрения моего врага — не нужны.
Но, может, отвечает за меня в итоге не разум. А что-то в крови — та самая ярость, которую слова этого придурка разжигают.
Магия зарождается почти сама. Сжав зубы, я не гашу её, а посылаю выше в тело. Надеясь, что удержу. Я…
— Стой.
Ладонь ректора упирается мне в грудь!
— Замри и задержи, — велит он.
Я возмущённо ахаю, глядя на его наглую руку. Без спроса устроившуюся чуть выше моих, собственно, грудей! Он вообще знает что такое “личное пространство”? Это его нормальное поведение с невестой, которую он терпеть не может?
Магия тут же взвивается — меня распирает изнутри. Я вдруг представляю себя банкой с колой, которую потрясли! Держать, магию?!
Да как?
— Спокойно.
Я уберу лишнее, если сорвёшься. А теперь держи силу в одной точке.
Тяжело дышу. В груди невыносимо зудит, в ушах начинает стучать кровь. Пытаюсь выкинуть лишнее из головы. Нет-нет, я не оступлюсь. Не перед ним, а то он ведь ждёт! Всё вытерплю… Ну, сколько ещё? Когда уже кажется, что всё же сорвусь…
— Сойдёт, отпускай.
Я выдыхаю — и магия ухает обратно, кое-где вылетает из тела разноцветными брызгами.
Серьёзно, прямо сквозь кожу.
— На удивление неплохо. Повторишь десять раз, и пойдём дальше.
С запозданием осознаю, что золотой гад не просто начал “занятие”, он уже вовсю мной командует.
— У вас правда других дел нет? — подаюсь назад, от его руки.
— Есть. Но не помню чтобы раньше тебя волновало, сколько у меня работы. — Шаг за мной.
— То есть, я учла ваши пожелания, а теперь вы меня этим попрекаете?
— Просто замолчи и выполни упражнения. Ты же понимаешь, что первый источник ты так училась контролировать в младших классах? Но я не хочу смотреть на ещё один идиотский оборот.
Теперь я гляжу на него с новой волной подозрений.
Да что на него нашло?"
"Надо отметить, что почему-то в отличие от брюнета он не боится меня касаться. Хотя можно и не отмечать, есть другие заботы. Он правда не хочет, чтобы я прохлаждалась в лазарете? Это настоящая причина?
Нет, ну а какая ещё, в конце концов?
Мне вдруг приходит в голову странная, неуютная мысль.
