Что?!
— Вы шутите? — вот теперь парень подхватывает моё ошеломление.
— Разумеется, нет. В прошлый раз у вас вышло плачевно, вы хотите повторить?
Понимаю, что меня сковал глупый ступор. И что это совсем не вовремя. Отмерев, рублю:
— Мы уже всё обсудили и будем осторожнее.
— Да, в следующий раз.
Это какое-то новое издевательство?! Ещё один странный, изощрённый способ мне отомстить? С надеждой гляжу на брюнета, своего союзника-благодетеля — но вдруг понимаю, что спорить он не будет.
А с чего бы? Он же сам не горел желанием тратить время.
А ещё уверен, что я без ума от психа-ректора и вот-вот растекусь тут сладкой лужицей! И никак мне его не убедить сейчас в обратном.
— Ладно, — Оррей разводит руками и дарит мне шутливый, даже ободряющий оскал.
А я давлю стон и смотрю, как он делает шаги назад. Вальяжно пожимает плечами, кивает нам обоим. Выпускает крылья.
И вслед ему я тоже долго смотрю. Красавчик-мажор уносит вместе с собой надежды и здравый смысл.
Потом…
— Начнём с простого, — голос ректора заставляет вздрогнуть.
— Чего вы добиваетесь? — разворачиваюсь к нему.
— А тебе не ясно?
Идиотская привычка у него не отвечать на мои вопросы!
— Зачем? — стою на своём.
Золотые глаза сужаются. Ректор осматривает меня с ног до головы и выдаёт:
— Проконтролирую, что это не твой идиотский план снова лечь в лазарет на две недели и отделаться от комиссии. Я не позволю, Лерр.
Я чуть не задыхаюсь от возмущения!
— Какая у вас богатая фантазия. А что, так можно обмануть вашу хвалёную комиссию?
— Не после того, как мы об этом поговорили.
— Ректор щёлкает пальцами. — Давай. Можешь начинать.
— Я не буду.
Он вскидывает брови.
Застывает. Смотрит на меня. Как кот, из миски которого только что забрали корм. Мощная грудь вздымается под рубашкой. Кадык дёргается на красивой шее — и разве что хвост по траве не метёт.
— Да, я собралась заниматься, но не приму ваши уроки, — повторяю твёрже. — Я о них не просила!
— Ты хочешь доказать мне, что решила учиться, или нет? — сталь пробирается в твёрдый голос, и вокруг снова пахнет раскалённым металлом.
Доказать?!
Чёрт. Нет, не хочу. Вообще иметь с ним дела не желаю!
Молчу.
— Довольно глупо для адептки, которая собралась убедить комиссию, — продолжает ректор.
Кажется, я сейчас от напряжения зубы сломаю.
Как же это паршиво! С одной стороны — просто оскорбительно. Я хочу, очень хочу послать его подальше — и повторять это, пока у него не останется иллюзий насчёт собственной неотразимости.
