Мажор — это на самом деле не так уж плохо! Это во всяких книгах они гадкие, а все, кто попадались мне в школе и институте, на деле были скорее спокойными ребятами, довольными жизнью.
Парень вдруг берёт меня за локоть и говорит проникновенно, для всех:
— Придумаю, как наказать тебя.
После чего тянет меня в сторону, подальше от остальных.
Мы отходим.
В поле не спрятаться, и на нас поглядывают — но я хотя бы думаю, что не подслушивают.
— Сделай несчастное лицо что ли, — фыркает брюнет. — Хотя нет, с лицом у тебя и так порядок.
И правда, смогла же себя разукрасить.
Взгляд скользит по мне, изучающий и острый. Локоть он мой не выпускает.
Но и наказывать не собирается, ведь правда?
— Спасибо. — Я слегка прячусь за его корпусом и улыбаюсь. — За помощь, а не за констатацию очевидного.
Cкупая, но внезапно притягательная усмешка в ответ. Парень сужает глаза — светлые, похожие на льдинки.
— Ты случайно на меня наткнулась? Или… впрочем, не важно. Раз уж прибежала сама, давай всё проясним.
Так, погодите…
Что “всё”? Что значит “сама прибежала”?
— Говори, — тычу пальцем в небо, хотя в горле внезапно пересыхает.
Брюнет словно чувствует! Усмехается — опасно и испорченно.
— Во-первых, не я это всё придумал, а мой отец. Он у меня, знаешь ли, делец до мозга костей — и умеет добывать бриллианты, даже если нужно ради них копаться в грязи.
Отец?
Вообще не знаю, о чём речь. Но почему-то вдруг недвусмысленно кажется, что с грязью тут сравнили меня. Эй! Брюнет вдруг наклоняется — так, что его лицо оказывается рядом с моим.
— Не похоже это на платину. — Певучий голос с нотками металла. — Да и даже если это она, что с того? Торговаться с другими? За тебя? Как же низко я паду.
Наверное, нужно перестать возмущаться тем, что я ничего не понимаю! Воспринять происходящее как загадку, которую надо разгадать.
Вокруг вообще слишком много загадок, когда живёшь не своей жизнью.
Но платина? Торговаться?
— Хотя с другой стороны, я не прочь к тебе присмотреться, — продолжает брюнет. — Ты — хороший шанс увильнуть от бредовых идей старика женить меня ещё на пару месяцев.
Женить?!
И где-то на этом моменте меня как молнией бьёт.
Погодите: мы точно знакомы с ним, пусть и не ясно, хорошо ли. И вряд ли он шутит про женитьбу…
Ректор что, продолжает меня сватать?!
Я хочу спросить, но именно в это время сбоку начинается суматоха. Студенты бросают вещи на лавки, подаются на дорожку. Один из спутников брюнета кричит:
— Оррей, идёшь?
Ор… да ладно?!
Кажется, у меня язык каменеет.
