Собравшись с силами, он смог восстановить равновесие, отчаянно соображая. Зачем Верховному Совету понадобился пустой грузовик? Или Одичалые напали раньше? Но зачем ехать в город, если доставлять было нечего?
Нет, если бы грузовики попали в засаду, должны были остаться следы когтей, шерсть, да хоть что-то. Но их не было. И остальные грузовики, насколько он помнил, тоже казались нетронутыми. Значит…
Значит, они оставили трейлер пустым специально. Не было никакой поставки.
Это была ловушка.
Сердце заколотилось в горле, и Саймон поспешил обратно к двери, но перемещаться в форме летучей мыши было непросто.
Ему нужна была эхолокация, чтобы ориентироваться в пространстве, но перепончатые крылья слушались плохо, и он боялся взлетать. Они отличались от орлиных и совиных крыльев, а времени на то, чтобы разбираться, как ими пользоваться, не было. Поэтому он полз по металлическому полу, постоянно поскальзываясь, а когда добрался до трещины, снаружи раздались громкие голоса. Человеческие голоса.
Одичалые.
Громкий лязг вибрацией прокатился по трейлеру, и Саймон скривился от болезненно громких звуков.
Их источник был прямо за дверью, и Саймон понимал, что не успеет вылезти наружу. Поэтому он воспользовался мгновением, которое у него оставалось, превратился в мошку и отлетел в дальний угол, отчаянно надеясь, что никто его не заметит.
Двери распахнулись, и внутрь с победными воплями хлынули люди и лесные звери, заливая всё вокруг светом факелов и фонарей. Но радость их быстро угасла, стоило осознать, что в грузовике ничего нет.
Саймон слабо понимал, о чём они говорили, но чувствовал, как их захлёстывает волна паники.
– Назад! – крикнул кто-то на улице. Мятежники тут же бросились к выходу, и Саймон, пролетев у них над головами и вырвавшись в ночное небо, услышал, как они встревоженно кричат.
Раздался свист.
Стрела врезалась в грузовик буквально в сантиметре от места, где только что пролетел Саймон. Она отскочила от погнувшегося металла и упала на землю, а вот следующая попала в цель, вонзилась в плечо стоящего рядом мужчины.
Мгновение спустя дождь стрел накрыл иссиня-чёрное небо. Ущелье наполнилось криками боли, и Саймон не успел даже сообразить, что происходит, как двери остальных грузовиков распахнулись и на дорогу вырвалось минимум полсотни солдат Верховного Совета. Часть из них превратилась в яростных животных, рассекающих тьму острыми клыками и когтями, а часть осталась людьми, чьи дубинки и булавы обрушились на не ожидавших нападения Одичалых.
