Саймон с усилием сглотнул – от сухого воздуха в самолёте в горле пересохло.
– С чего ты вообще решила, что Нолана с твоей сестрой похитили Одичалые? Они сами сказали?
– К сожалению, у них хватает мозгов помалкивать, – мрачно ответила она, отколупывая с ногтей облезающий лак. – Мужчина, который на вас напал, был в их униформе. А в ночь похищения Эмилии у Цитадели видели их отряды. Они и раньше умудрялись пробраться внутрь.
Саймон поджал губы.
– Но зачем лететь за нами в Америку?
– Потому что вы единственные Наследники, открыто сообщившие о своих способностях.
Я знала, что рано или поздно Одичалые до вас доберутся. И до Эмилии тоже, – горько добавила она. – Когда я узнала про её силы, то взяла с неё обещание хранить их в тайне, но она так радовалась… видимо, кому-то она о них рассказала.
Саймон нахмурился сильнее.
– Но… про нас понятно, а откуда ты знала, что придут за ней?
Какое-то время Шарлотта молчала, опустив взгляд, а потом сказала:
– Потому что одного Наследника они уже похитили. Моего брат Бэка.
В отличие от вас с Ноланом, мы не близнецы, но почти одного возраста. Всего одиннадцать месяцев разницы. Он пропал три года назад, где-то через месяц после того, как проявились его способности. Просто ушёл из школы домой, и больше его никто не видел.
– Ох. – Внутри неожиданно стало пусто. – Сочувствую…
– Спасибо, – буркнула она, безотрывно глядя вниз. – Всего несколько дней спустя Одичалые захватили лес и впервые напали на Аништадт. Они до сих пор пытаются подмять под себя город.
Это они схватили твоего брата, – сказала она, пряча блестящие от слёз глаза. – И Бэка с Эмилией тоже. Я просто хочу их вернуть, Саймон. Я хочу вернуть свою семью.
Воцарилась тишина. Свет над головой померк, погружая салон в полутьму, и Саймон попытался подобрать слова, которые могли бы подарить Шарлотте надежду. Но слов не находилось – да и откуда, если никакой надежды не осталось у него самого.
Её сестра провела в плену двадцать семь дней. Её брат – три года.
Если они были Наследниками и действительно умели превращаться в кого угодно, то оставался только один вопрос.
Почему они не сбежали?
10. Мышь в лабиринте
В Цюрихе они приземлились в полдень, и Саймон никак не мог избавиться от чувства, что потерял целый день. Несмотря на пару часов сна в самолёте, от усталости кружилась голова, и он уснул, стоило им с Шарлоттой сесть в такси.
Ему снились белые фургоны и татуировки, снились чужие руки, прижимающие его к земле и не дающие пошевелиться.
