И почти год, как Саймон спрыгнул с крыши крепости, лишённый способностей и готовый умереть, лишь бы раз и навсегда уничтожить Хищника.
Но он не умер. Ему повезло – он выжил, но что-то внутри изменилось, что-то важное, хотя он так и не понял, что. Он никому не говорил, что спрыгнул с башни. Просто не знал, как сообщить, что сам едва не стал одним лишь воспоминанием. Но эти мысли преследовали его, как и воспоминания о той ночи. И когда он думал о ней, то раз за разом приходил к тому, что ни за что бы не отступил.
– Можем поговорить об этом, если хочешь, – мягко сказал Лео.
– Когда угодно. Хоть сегодня, хоть завтра, хоть через год, не важно. Только позови.
– Не хочу, – тихо ответил Саймон. – Война закончилась. Какая разница, что было в прошлом.
– Большая, – сказал Лео. – Эта война – важная часть твоей жизни, но это не значит, что нужно ориентироваться исключительно на неё. Тебя ещё столько всего ждёт, и война – всего лишь глава в твоей истории. Что будет дальше, решать тебе одному. – Он похлопал Саймона по плечу.
– Давай так: сдавай экзамены, а потом, если с этой девочкой действительно что-то нечисто, я замолвлю за тебя словечко перед Изабель и Малкольмом, попрошу разрешить тебе ей помочь. Хорошо?
Саймон кивнул, не зная, что тут ещё сказать.
– Тогда пойду к себе, буду заниматься, – пробормотал он.
– Можешь остаться здесь, места хватит, – тепло отозвался Лео, но они оба знали, что скрывалось за этими словами. Из-под его надзора Саймон не мог сбежать. По крайней мере, для этого бы пришлось потрудиться.
Вздохнув, он засунул руки в карманы и не стал спорить – просто сходил в комнату и забрал учебники, по пути всего раз глянув в сторону окна. Если бы он хотел, он бы ушёл – и никто бы не смог его остановить. Даже Лео. Но за последний год на Саймона и так свалилось немало проблем – и в кои-то веки он решил, что с ними разберутся без него.
Малкольм вернулся в Небесную башню спустя несколько часов, на закате. Уинтер пришла ещё раньше, и они с Саймоном устроились в библиотеке, просматривая все контрольные по истории за год.
Голова кружилась от бесконечных дат, имён и событий, бόльшая часть которых никогда бы не пригодилась ему в жизни, но то и дело мысли возвращались к темноволосой девочке с красным рюкзаком.
– Ужин готов, – сказал Малкольм буквально через несколько минут после своего возвращения, и это означало одно: пицца. Захлопнув учебники, Саймон с Уинтер подскочили и понеслись вниз по лестнице, а Лео куда более сдержанно потянулся за ними.
