Егор и Фараоша забирали меня с работы, и мы ехали коротать семейные вечера на свежем воздухе, с сосисками гриль, вкусным чаем и гитарой. Несколько раз к нам присоединялась тетя Оля. Как оказалось, она та еще дачница, любила ухаживать за цветами, посадила несколько клумб многолетников. Собрала ягоды, наварила варенья из смородины, малины и крыжовника и угощала нас им с блинами и оладьями."
"У нас получилась уютная семья, в которой царило тепло, веселье, взаимопонимание, доброта и светлая любовь. Мы мечтали о детях.
Позже, конечно, когда я закончу универ. Но уже поспорили, как назовем детей. Я предлагала имя Дарья, а Егору по душе была Вероника – Ника – Никусик. А мальчика я бы назвала Савелием или Марком, а Егор настаивал на Димоне! Он сказал, что парню на фиг не нужно «гламурное» имя. Дворовое, простое, такое… свойское, что ли.
* * *Сегодня двадцатое августа и у меня долгожданный выходной. Осталось отработать всего ничего – двадцать четвертого последний рабочий день и у меня останется еще неделька на отдых, перед тем как с головой окунуться в учебу.
Егор сидел на мне верхом и рисовал пальцами узоры на обнаженной спине.
– Рельсы, рельсы, шпалы, шпалы, едет поезд запоздалый. Из последнего вагона вдруг… посыпались монеты.
– Горо-о-ох! – пробурчала я в подушку.
– Т-ш-ш, не перебивай! – Он стал быстро тыкать пальцем по всей спине. – А монеты не простые.
– Золотые?
– Нет. И даже не серебряные. Железные. А кто возьмет монетку, к тому придет большая любовь и счастье! – Пальцы медленно зашагали по позвоночнику.
– Пришла Лиса, взяла. – Его рука взмыла и плавно опустилась обратно. – Прилетел Сокол, поднял монетку.
– И они влюбились друг в друга по уши?
– Именно! – Он убрал мои волосы и наклонился к шее. – И жили они долго и счастливо.
– А теперь вставай, соня! Идем на улицу! – Егор потянул меня за руку. – Помнишь, у меня сегодня важное дело.
– М-м… угу, помню милый, – закрытыми глазами промурлыкала я. – Сегодня обещали ужасную жару. Может, отложим на завтра?
– Та-а-ак, ладно… – Он подхватил меня на руки и понес в ванну со словами «не расплавишься, не из воска».
Поставил на пол, включил кран, смеясь, умыл мое сонное лицо прохладной водой, заодно приглаживая свои взъерошенные волосы, взял мою щетку, выдавил из тюбика зубную пасту. Разве что зубы я чистила сама, а всё остальное за меня сделал он. Мой любимый и заботливый… почти муж. Нас все знакомые называли мужем и женой. И мы частенько стали называть так друг друга.
