Если с Акулиной все было более или менее понятно, то к чему вёл Тихон, он пока не понимал.
– Было бы хорошо… для всех хорошо, если бы тот человек не нашёлся. – Тихон растянул губы в холодной улыбке. – Или второй вариант. – Он глянул на свои пижонские, стоящие дурных денег наручные часы, словно бы разговор с Алексом отрывал его от куда более важных дел, а потом потребовал: – Назови мне его имя!
– Зачем? – спросил Алекс.
Тихон продолжал многозначительно улыбаться.
– Ради денег, разумеется, – наконец, заговорил он.
– Сколько тебе завещал мой дед? Сотку зелени? Я дам тебе ещё сто тысяч за имя и столько же за молчание. Это хорошая сделка, Уваров. Соглашайся! – Тихон обвел снисходительным взглядом дом. – Сможешь, наконец, купить себе приличное жилье.
– Меня и это вполне устраивает.
Тихон вздохнул.
– Хорошо, накину тебе ещё соточку. По старой дружбе, так сказать.
– Зачем тебе эта информация? – спросил Алекс, краем глаза наблюдая за тем, как медленно встаёт со своего места Лаки.
Наверное, в его голосе было слишком много раздражения. Нужно быть сдержаннее, чтобы пёс чего доброго не решил, что хозяина нужно защищать. Но Лаки решил что-то другое, в один прыжок он оказался на лужайке перед террасой, а потом исчез в глубине участка.
– Я бы на твоём месте держал такого чёрта на цепи, – выдохнул Тихон. Во время маневров Лаки он заметно побледнел. – Ну, так что скажешь, Уваров?"
"Тихон был из породы людей, которые верят, что деньги решают всё. А ещё он почему-то искренне считал, что Алекс живёт едва ли не впроголодь и перебивается с копейки на копейку.
Алекс никак не мог понять, в чём причина такой уверенности. Возможно, в том, что Алекс не придавал должного внимания внешним атрибутам богатства и власти. А возможно, в личном опыте Тихона. Лука Славинский был тем ещё интриганом. Завещание он переписывал по несколько раз на год, тасуя наследников, словно карты в колоде, назначая фаворитами одних, отправляя в опалу других. Наверное, именно поэтому почти каждый из клана Славинских старался урвать как можно больше здесь и сейчас, откусить от семейного пирога самый большой кусок.
Из-за вот этой мучительной неопределённости и недосказанности. Демонстрация собственной важности и собственных возможностей была особенностью всех младших Славинских. Алексу же не с кем было соревноваться. В том, что дед не изменит завещание в самый последний момент, как сделал это Лука, он был уверен.
