«Но зато мы любим друг друга, — мысленно вздохнула она и опять разрыдалась. — Перестань реветь, — приказала она себе. — Лучше подумай, что можно сделать?»
Она снова залезла в инстаграм, хвала Аллаху, Фарид не разбирался в новомодных приложениях. Он только вытащил из телефона симку, решив, что этого достаточно.
«Братец, наверное, наивно думает, что я сижу в интернете и читаю, как должна себя вести жена настоящего мусульманина, — внутренне усмехнулась она. — Хорошо хоть в доме вай-фай», — подумала она, прекрасно понимая, что сейчас инстаграм ее единственное спасение.
Ну и почта, где украдкой она переписывалась с Камилем. Муж писал, что на все готов. Ходил даже к муфтию.
— И Калинка обещала помочь, — пробормотала она себе под нос. — Пожалуйста, Сашенька! Вся надежда на тебя!
Пытаясь не разреветься, Кристина оббежала глазами комнату и внезапно остановила взгляд на большой бархатной коробке, валявшейся на белом лакированном комоде.
Вспомнила рассказ брата, как вчера ее новоявленный жених покупал на Тверской махр и как Фарид ему помогал. «Иглис вас задери, — в сердцах фыркнула Кристина, открывая коробку. Уставилась немигающим взглядом на три больших изумруда, соединенных между собой бриллиантовыми нитями. — Сегодня старый козел приедет знакомиться и наденет на меня свой ошейник, — с содроганием подумала она. — И тогда все будет кончено. Но нет, нужно бороться до последнего», — всхлипнула Кристина и метнулась к смартфону.
Поспешно набрала личное сообщение Калинке.
— О чем ты думаешь? — поинтересовалась у мужа Санька. — Как спасти мир или изничтожить весь пластик на планете?
— Нет, — улыбнулся Кирсанов и даже потер лоб, отгоняя мрачные мысли. — Конечно, если бы люди задумывались, какой вред приносят окружающей среде, — пробурчал он. — Но думаю я о твоей Кристине. Если ее женишка возьмем в мечети, то могут быть жертвы. А хотелось бы их избежать. А если чуть помедлить, то девушка станет женой террориста, а этого уж точно допустить нельзя.
Вот если бы они вошли в зал, но сама церемония бы не началась.
— Подговорите муллу, — хмыкнула Санька. — Пусть очки долго надевает, что-нибудь спрашивает для порядка…
— В такой ситуации чем меньше народа знает, тем лучше. Реза — прожженный старый мерзавец. Он опасность издалека чует. И может взять заложников. Того же священнослужителя или родителей Кристины. Наверняка человек десять на никах соберется.
