— Спасибо, тетя Нина, как бы мы без вас справились!
— Ой, Сергей Юрьевич, — затараторила санитарка, — для вас все что угодно…
— Спасибо, Нина Николаевна! На таких людях, как вы, земля наша держится. Я позову, если что, — заверил Кирсанов, технично выпроваживая санитарку из палаты. Потом ласково глянул на жену и заявил: — Прояви характер, Александра, съешь все.
— Я не могу, Сережа-а, — взмолилась она. — Устала очень. Сил нет.
— Разговоры, — хмыкнул Кирсанов и, вынув из кармана джинсов связку ключей, принялся отцеплять брелок.
Потом достал оттуда небольшой нож с узким лезвием и быстро нарезал бутерброд поперек. Получилось штук пять маленьких тонких кусочков. — Так, мадам, — пробурчал строго. — Пьем чай и закусываем бутером. За меня, за Алексея…
Санька внимательно глянула на белую чашечку и не решилась дотронуться до нее, боясь перевернуть.
— Сама пить сможешь? — настороженно поинтересовался Кирсанов и тут же предостерег: — Подожди, я помогу.
Как заправская сиделка, быстро понажимал кнопки сбоку кровати, и когда изголовье приподнялось, аккуратно поднес чашку к Санькиным губам.
— По глоточку, Санечка, по кусочку, — словно малышке, объяснил он. — Скоро силы прибавятся, — как старый дед, бубнил муж, и от этого речитатива становилось легче, будто микро-частички Кирсановской мощи передались ей. И пока Санька завороженно внимала мужу, он быстро вложил ей в рот маленький кусочек хлеба с маслом.
— Жуй, жуй, глотай, — пробурчал ласково и, быстро очистив яйцо, разрезал его на четыре части.
А к концу незамысловатого обеда в палату зашла медсестра ставить капельницы.
— Что тут происходит? — охнула она. — Зачем вы накормили больную?
— За столом, — пробурчал недовольный Кирсанов и обронил раздраженно: — Вместо того, чтобы помощь оказывать, вы ходите неизвестно где и скандалы тут устраиваете…"
"Медсестра, пожилая миловидная тетка, вспыхнула и выскочила вон из палаты. А следом зашел доктор Петр Владимирович и хрупкий старичок в очочках в золотой оправе.
— Кто тут у нас свои порядки наводит? — ласково пригрозил старичок и на глазах у изумленной медсестры, протиснувшейся следом, и Санькиного лечащего врача раскрыл объятия.
— Знакомься, Санечка, — пророкотал довольный Кирсанов, выпустив наконец старика из медвежьих лап. — Это Иван Дмитриевич Виленский. Ради тебя из Цюриха прилетел! Я ему полностью доверяю. Он мою башку пару раз штопал, — рассмеялся он.
