В красном платке и в мужской куртке. — Осталась псина совсем одна. Никто ее к себе взять не захотел. Страшная и гавкучая. Вот и будет носиться по окрестностям, пока волки не задерут.
Кирсанов сам не понял, как шагнул к дому, присел на корточки перед узким подвальным окошком и позвал:
— Фунтик, иди сюда! — зацокал языком и неожиданно ощутил, как в ладонь уткнулся крошечный шершавый нос. Холодный и влажный. — Фунтик, — снова позвал Кирсанов и, ухватив собачку за шкирку, притянул к себе. — Вот, пацаны, — усмехнулся ехидно.
— Алексей Сергеевич первым заметил неладное. Собака эта его на бульваре узнала и радостно подбежала. Да, Фунтик, — скупо улыбнулся Кирсанов. — Ты на нашей стороне был. Сигнализировал. Вот только не понял никто. Один Алексей Сергеевич…
— А дом мне когда восстановят? — недовольно поинтересовалась тетка в платке. — А то ваши люди камня на камне не оставили.
— Разберутся, гражданка, — заверил ее Кирсанов, осторожно засовывая за пазуху притихшего Фунтика. — Проверят ваши налоговые декларации и уплаченные налоги.
Попросят разъяснения по поводу проживания пособников террористов… А потом и до компенсации ущерба дойдет. Поехали, ребята, — мотнул головой Бек, направляясь к Рэнджу и резко открывая дверцу. — Я еще хочу в больницу заехать, узнать, как там Димка.
— А как же… — запричитала женщина."
"— Мы с терроризмом боремся, а не выплачиваем компенсации, — отрезал Бутлеров. — Это вы не по адресу обратились…
— В контору бы, шеф, — пробурчал Асисяй, отъезжая от злополучного дома.
Он старательно объехал растерянную хозяйку дома и с улыбкой глянул на Бека. Увидел смешную собачью морду, с любопытством разглядывающую незнакомую машину, и заметил шутя: — Александра Андреевна что скажет? — кивнул он на псинку.
— Санечка у меня добрая, — пробасил шеф. — И Алексею Фунтик нравится. Ну не бросать же животинку. А то и вправду волки сожрут.
— Удивительно, — воскликнул Асисяй. — Леша нам все уши прогудел с этой собакой, а мы от него отмахнулись.
А пробили бы сразу данные про собачью хозяйку, так, может, и сегодняшних бед избежали б, — вздохнул он.
— А я тебе о чем толкую, — хмыкнул Кирсанов. — Фунтик нас предупреждал, а мы на него по своей глупости не среагировали. А собака вон сторожевая, — кивнул он на жалкую грязную мордочку. — Как же ее в том гадюшнике оставить! Александра Андреевна поймет, — добавил он в сердцах и потянулся к внезапно заголосившему смартфону, валявшемуся на передней панели.
