— Семейство Скорпиона, — сказал он, — что с ним теперь будет?
— Без Скараманги во главе группировка начнет борьбу за власть. Я знаю больше, чем положено старой домоправительнице, которая только вытирает пыль и убирает за всеми. Грядут большие перемены. Лично я думаю, что члены группировки перегрызутся до смерти.
— Жаль, — буркнул Мэтью, вообразив количество ненужных смертей.
В этот момент поток гневной итальянской речи обрушился на него, как град кирпичей. Резко обернувшись, он увидел, что Лоренцо вошел в комнату и направился к нему.
У лысого телохранителя на боку висела кобура с пистолетом, но он вытащил нож и двинулся на него с перекошенным от ярости лицом. Нож взлетел для смертельного удара.
— Нет, Лоренцо, — остановила его Эдетта. У нее был такой тон, будто она говорила с ребенком, который капризничает. — Lascia in pace il giovane.[53]
Лоренцо понял приказ и возмущенно уставился на нее.
— Ты что, с ума сошла? Этот ублюдок должен умереть! — воскликнул он по-итальянски.
— Успокойся. Хозяин мертв.
Он говорит, что не убивал его, и я ему верю. — Она жестом велела ему опустить нож. — Все кончено. Сходи на кухню и возьми себе бутылку вина.
— Хозяин… мертв?
— Не притворяйся. Ты знал, что он не вернется. Все знают, что с ним что-то случилось. Что ж, он мертв. Жизни начинаются и заканчиваются. Таков порядок вещей.
— Я отомщу этому сукиному сыну!"
"— Нет. Мести не будет, так что держи себя в руках. Молодой человек вернулся за своими друзьями. Я думаю, что он и сам наполовину безумен, раз явился сюда, так что я им почти восхищаюсь.
Иди, выпей вина и насладись тишиной и спокойствием вместо того, чтобы так шуметь.
— Но… я…
— Иди, — приказала Эдетта строгим тоном. — И, если вы с остальными хотите подраться за какую-то мебель в доме, можете начинать.
Лоренцо замолчал. Нож опустился. Мэтью ничего не понял из сказанного, но увидел лишь замешательство на лице телохранителя. Также на его лице виделись следы, явно оставленные кулаками Хадсона.
— Что же нам делать? — спросил Лоренцо почти умоляюще.
— Жить, — ответила Эдетта и положила ноги на уродливый стол. Мэтью заметил, что на ней розовые шелковые тапочки. — Давай, делай, что я тебе говорю.
Лоренцо медленно убрал нож обратно в ножны. Словно нехотя приняв наказание, он повернулся и вышел из комнаты, не оглянувшись.
— Спасибо, — сказал Мэтью. Он понимал, что Эдетта спасла его, хоть и не знал, какими словами она это сделала.
— Какой смысл в ненужном кровопролитии? Никакого.
