Мэтью слишком хотел спать, поэтому не мог долго наблюдать за ней, но видел, как она с явным интересом останавливается на некоторых страницах… уже не в первый раз. Он снова задумался, чего испанцы хотели от книги. Разумеется, вся эта история с тем, чтобы спрятать ее и зеркало подальше от всего мира, была ложью. Чего они хотели на самом деле? И почему отправили на это задание именно Камиллу Эспазиель?
Он вспомнил краткие обрывки ее истории. Преподавательница языков в университете превратилась в охотницу на ведьм, как ее дед и ее отец.
Что в ней было такого, раз высокопоставленные испанцы сочли ее способной раздобыть зеркало и привезти его им? Нет, она, несомненно, была сильной личностью и казалась очень умной, но у Мэтью было четкое ощущение, что здесь что-то не так. И он был полон решимости выяснить, что именно, пусть это и могло отнять много времени и потребовать деликатного подхода.
Было и еще кое-что, что занимало Мэтью. Несколько раз он замечал, как Камилла пристально смотрит на Хадсона, однако быстро отводит взгляд.
Влечение точно было взаимным. Хадсон старательно приводил себя в порядок и стремился избавиться от мучительных воспоминаний прошлого. Было ли дело только в Камилле? Или в чем-то еще?
Мэтью и здесь хотелось узнать как можно больше, но он считал это щекотливой темой.
Этим утром небо затянули плотные серые тучи. Сильный ветер раскачивал верхушки сосен. Мэтью чувствовал в воздухе запах сырости.
Члены поисковой группы подготовили еду и воду, свернули спальные мешки, запрягли лошадей и тронулись в путь.
Андрадо снова сидел на козлах первой повозки, а один из солдат — тот самый, который прошлой ночью напился, но уже пришел в себя, — сидел на козлах второй. Профессор Фэлл расположился рядом с испанцем, и группа была готова продолжать путь. Они двигались по козьей тропе около десяти минут, когда Хадсон спросил Камилу:
— Вам известно, кто может за нами следить?
— Нет. Если за нами и вправду следят.
— Это могут быть просто путники, которые идут в том же направлении, — предположил Мэтью.
— Возможно, — сказал Хадсон. — Кто еще знает об этом зеркале?
Камилла покачала головой.
— Понятия не имею.
— А как насчет того виноторговца, к которому вы ходили? Спагетти.
— Менегетти, — поправил Мэтью.
— Неважно. Вы ведь спросили, известно ли ему имя Бразио Валериани, верно?
Камилла наградила его весьма придирчивым взглядом.
— Хадсон, мы не идиоты, — сказал Мэтью.
— Но он единственный, с кем вы говорили?
— Единственный, — подтвердил Мэтью.
