– Не придирайся к словам, – отмахнулась Лена. – Я прекрасно понимаю, что вы все понимаете, и хочу понять непонятное, – скаламбурила она. – Нужно все рассказать милиции, пусть они немедленно разберутся.
– Ты сама-то поняла, что нагородила? – усмехнулась Женя.
– Не очень, но то, что нужно все сказать милиции, это – очень даже отчетливо, – вздернула девушка носик. – Не дурнее некоторых, между прочим!
– Про машину и рассказывать нечего, это и без нас уже сделали, а вот про квартиру, думаю, пока не стоит, – проговорила Надя.
– Почему это не стоит? – удивилась Лена.
– Мы попробуем с Женькой сами разобраться. Правда, Жень?
– Девочки, ведь нас только что хотели убить, – подала та голос. – И мне, если честно, очень страшно.
– Всем страшно, не тебе одной. Как это сами? – запоздало поинтересовалась Лена, с удивлением посмотрев на Надежду.
– Здесь что-то не так, и я хочу разобраться, – упрямо повторила девушка.
– Как ты разберешься? Ты что, великий сыщик – вундеркинд? – изумилась Алена. – Здесь сам черт не разберется!
– А я разберусь!
– Каким местом? – съязвила Лена."
"– Прекратите немедленно спорить, – одернула Евгения девушек. – Здесь думать надо, соображать, в чем дело, а не собачиться. Вы хоть понимаете, насколько это серьезно?
– Никто здесь не собачится, просто нормальный, здоровый спор, – огрызнулась Алена. – Сама-то что можешь сказать?
– Я повторю, если у кого-то уши заложило, – сердито проговорила девушка.
– Вы понимаете, насколько все серьезно?
– Насколько все серьезно, и понимать не нужно, – проворчала Алена. – А вот за что, это вопрос уже загадочный… и даже, я бы сказала, чрезвычайно острый, – все так же недовольно добавила она.
– Тебя этот вопрос никоим образом не касается. Ты-то здесь вообще ни при чем, – ответила ей Женя.
– Я, может, и ни при чем, а вот то, что я – при вас, это однозначно, – огрызнулась Лена.
– И отправилась бы сейчас вместе с вами в твоей машине к своим предкам в виде кучки пепла, летящего по ветру.
– Тебя никто не заставляет возле нас сидеть, чеши домой и забудь все, что случилось, как страшный сон, – с таким же недовольством, как и она сама, ответила подруге Евгения.
– Ну, ты… ты… и наглая штучка, – не находя подходящих слов, возмущенно выдохнула Алена.
