– Только летом она всегда уезжает на дачу, с внуками. Если бы она на посту была, она бы никогда такого безобразия не допустила. У нее мышь посторонняя не проскочит, все двери всегда закрыты. Как только занятия у студентов заканчиваются, преподаватели уходят, и все, с этого момента все двери на замок до следующего утра. До двенадцати Вера Михайловна сидит на проходной и впускает студентов, которые здесь, в общежитии, живут. После двенадцати – все, не пустит, хоть на улице ночуй. Она всегда очень внимательно смотрит, кто пришел, кто уходит, и только тогда двери откроет.
А Семен Иванович, конечно, все больше у себя в каморке сидит, телевизор смотрит. Сюда, наверх, почти никогда не ходит, тяжело ему, поэтому двери и открыты. Я практически всегда ухожу отсюда последним, вот он за мной тогда и закрывает. А когда я остаюсь здесь, то сам запираю. Вы мне хоть расскажите по порядку, как все случилось, – попросил Вячеслав.
– А что здесь рассказывать-то? Интересного мало, – проворчала Алена. – У меня вон до сих пор коленки трясутся.
– И все же, – настойчиво повторил мужчина. – Мне бы хотелось послушать.
– Только мы вышли в тамбур, свет вырубился, и понеслось, я даже и опомниться не успела, – начала говорить Алена. – Меня кто-то схватил – и об стенку: хрясь, а я как заору, а он мне по морде как даст, аж искры из глаз, – все больше и больше распаляясь, возбужденно затараторила она. – Я по стеночке и сползла. А другой с ножом был, оказывается! Я уверена, что и у того, что на меня напал, тоже ножик был.
Хорошо, что я вовремя внизу оказалась, в темноте он меня и потерял. А то я бы сейчас уже с господом разговаривала, отчитывалась за бесцельно прожитые годы. У меня-то никакого медальона нет, и защитить меня некому.
– Да кому ты нужна? – заворчала на подругу Евгения. – Тебя никто и не собирался резать наверняка. А мне все рот норовил зажать, чтобы не орала. Так я ему руку прокусила.
– Я не успела сообразить, в чем дело, как у меня начали сумочку из рук вырывать, – присоединилась к рассказу Надя.
– Я, естественно, вцепилась в нее мертвой хваткой, так он меня ножом, и если бы не медальон… страшно подумать, что могло произойти, – обреченно махнула она рукой. – Я думаю, что охотятся не только за фигуркой: нас кто-то хочет убить! Взорвать нас в машине не удалось, вот решили таким путем действовать. Сегодня бы меня не стало, и выглядело бы это как разбойное нападение. А там и до Женьки добрались бы.
– Вы это серьезно? – недоверчиво поинтересовался Вячеслав.
