— Ваша жена точно не беременна? — поджала губы тетка, принимавшая заявление. — Если она принесет справку, вы не сможете развестись без ее согласия.
— Если она принесет справку, то это точно не мой ребенок, — отбил я.
— Вам тогда все равно придется ждать его рождения и через суд проводить процедуру отмены отцовства. Делать тест ДНК.
От Катьки можно было ждать чего угодно. И этого в том числе. Так что пульсику было с чего частить. И давленьицу подниматься. Хорошо хоть до рейса допустили.
Уже в Нижнем, сидя в столовке для персонала, я написал Марго:
«Привет.
Как ты? Ходила к врачу?»
«Кеш, это такой гемор, — ответила она. — Как диспансеризация, только в сто раз хуже. Была у невролога, дал туеву хучу направлений, к врачам, на анализы. Потом меня занесут в федеральный реестр и будут по квотам давать бесплатные лекарства, которые ни фига не лечат, зато стоят как машина. Или квартира».
«А зачем, если не лечат?»
«А чтобы не было хуже».
Мы правда обсуждаем это, Марго? Значит, сделали еще один шажок вперед.
Глава 18
Марго
Он сам этого хочет, говорила одна половина.
Он не понимает, во что вляпался, возражала другая. Как был мальчишкой, так и остался. Хотя на вид вполне так дядька с бородой. Летчик.
Он давно уже не мальчишка. Он даже мальчишкой был больше дядькой, хотя и без бороды. Взрослый, ответственный и надежный. И умный.
Я не имею права тянуть кого-то в болото за собой. И точка.
Сидя в больничных коридорах, переходя из одной очереди в другую, я спорила сама с собой.
Да, я нуждалась в его поддержке и была за нее благодарна.
Но все равно ощущение возникло такое, будто украла ее. И вовсе не из-за Кати, тем более с ней Кешка все равно разводился. Он даже мне фото заявления в суд прислал.
Мишкины трясущиеся руки и зрачки в полглаза прошились мне в побитый молью мозг намертво. Не хотелось увидеть что-то подобное снова, когда в один далеко не прекрасный день проснусь и, к примеру, не смогу встать с постели. А ведь он придет — этот день. Легко говорить про помощь сейчас, пока я на вид вполне так здорова.
А когда это придвинется вплотную? В тот момент, когда мне действительно нужна будет помощь — каждый день и до конца жизни?
Наконец я прошла всех врачей, все обследования и получила официальное сообщение, что меня занесли в федеральный реестр. Мне выдали рецепт на бесплатное получение лекарства, всего одна таблетка которого стоила порядка ста тысяч. А таблеток таких на курс нужно было тридцать. Впрочем, в аптеках их все равно не было.
