Сам свою судьбу выбрал, – осторожно отозвался Беломир, не понимая сути этого разговора.
Так, перекидываясь фразами, они обыскивали каждый свои тела, складывая все добытое на ближайшую чистую кошму. К огромному удивлению парня, степняки оказались богатыми. У каждого в кошеле нашлось примерно по полтора десятка серебряных монет. А кое у кого были еще припрятаны и золотые арабские динары в сапогах. А самое главное, что у всех степняков было отличное оружие. Не дамасский булат, но тоже отличного качества.
– А покажи мне, как ты того людолова через себя перебросил, – вдруг попросил казак, срывая с трупа широкий кожаный пояс и бросая его в кучу своей добычи.
– Дело нехитрое, – отмахнулся Беломир, выпрямляясь. – Рассветет, покажу.
– Сейчас давай, – вдруг потребовал казак. – Уж больно странно у тебя это вышло.
– Ну, тогда доставай саблю и замахивайся, – хмыкнул парень, выходя на свободный участок земли.
Выхватив клинок, Григорий красивым стремительным движением разогнал его и, вскинув над головой, шагнул вперед.
В то же мгновение Беломир начал двигаться сам. Шагнув напарнику навстречу, парень заблокировал вооруженную руку и, ныряя противнику под бок, продолжил его удар, одновременно принимая его вес на спину. Дальше последовал толчок ногами и резкое движение плеч. Грохнулся казак так, что дыхание потерял. Но нужно отдать ему должное, сабли из руки он так и не выпустил.
– Ловко, – отдышавшись, одобрительно усмехнулся Серко. – И много у тебя ухваток таких?
– Имеются, – пожал Беломир плечами.
– А учиться такому быстро?
– Быстро только кошки плодятся, – фыркнул в ответ парень. – Я этим ухваткам семь лет учился и все одно еще ученик. Но приемы нужные, – добавил он, заметив разочарование на лице напарника. – Я того степняка на торгу такой ухваткой и взял.
– А ежели я с ножом буду? – подумав, уточнил казак.
– И от ножа ухватки есть, и голыми кулаками тоже. Всякие имеются, – туманно пояснил Беломир, продолжая недоумевать.
– Угу, целая наука выходит, – подумав, резюмировал Серко.
– Наука и есть. Люди те приемы долгие годы по всем странам и народам собирали, чтобы после особую борьбу придумать.
– Особую? – с интересом уточнил казак. – Что-то я ничего о таком не слыхал. И степняки, и горцы побороться на праздник какой любители, но, чтобы особая какая борьба была у кого, не слыхал.
– Может, потому что никогда в наших местах не бывал? – иронично усмехнулся Беломир, мысленно подразумевая свое прошлое.
* * *"
"Обратно ехали не спеша.
