Самого же парня все эти россказни не задевали. Слухи – штука неубиваемая. Они были, есть и всегда будут. Так что хоть как-то переживать или беспокоиться по этому поводу он не собирался.
Тем более что хватало и более важных забот. Летний торг прошел, можно сказать, со слабым результатом. Да, украшения его изготовления выкупались, что называется, на корню, но решить вопрос с полонянкой для Векши не получилось. И виноват в этом, хоть и косвенно, был сам Беломир. Степняки подали по кочевьям весть, что на торгу с рабами лучше не появляться, так что летом все обитатели степи, кто собирался посетить этот базар, приходили одни.
"
"И к удивлению парня, с собой они не стали брать даже членов семей. Только молодые, здоровые мужчины, способные носить оружие. Словно не торговать, а воевать собрались. Это заметно насторожило не только казаков, но и горцев. Те отлично понимали, что столь крепко вооруженные граждане не задумываясь примутся разбойничать, подлавливая их на обратном пути с базара.
В том, что степняки это сделают, сомнений не было даже у самых глупых обитателей гор.
Прогнозы эти несколько раз сбывались, что не могло не вызвать у Беломира понимающую усмешку. Иного он от этих людей и не ожидал. Впрочем, все это проходило для парня как бы фоном. Его больше интересовали совсем другие вещи. Далебор сдержал свое слово и закупил у знакомых купцов целый воз каменного угля, чем несказанно порадовал приятелей. Закупили они и новую партию железа и стали. На это парень денег не жалел.
Ему, для реализации всего задуманного, требовалось всего и побольше. От листовой меди и до стальных заготовок. К его огромному удивлению, на торгу обнаружились даже слитки бронзы и латуни. Вроде, на первый взгляд, и тот и другой сплав известен с незапамятных времен, но в прошлый раз ничего подобного в продаже он не заметил. Так что закупал металлы пудами. Но основное внимание было уделено поиску подходящей рабыни.
Здесь, в предгорьях, людьми не торговали. Да, пленника могли продать, но делать это открыто ни степняки, ни горцы не рисковали.
Понимали, что казаки запросто могут отбить добычу, а самого торговца просто удавить. Так называемых людоловов здесь ненавидели люто и расправлялись с ними жестоко. Именно этим объяснялось, что на самого Беломира никто не рискнул устроить охоту или хотя бы возмутиться его расправой. Как оказалось, нечто подобное на торгу из-за рабов случалось если не регулярно, то нередко.
