Дочка при ней осталась – пропала, сына вот сохраняют варяжские боги, хоть на этом им спасибо.
* * *У оконечности мыса навстречу им вышли сразу три варяжских корабля – длинных, узких, низко сидящих, похожих на деревянных змеев, скользящих по сероватому морю. Сходство увеличивала змеиная морда с чудным гребнем, вырезанная на переднем штевне каждого. Варяжские корабли Зимобор не раз видел в Ладоге и даже помнил, что они называются «дреки», что значит нечто вроде Змея Горыныча. На борту каждого из «горынычей» тянулся длинный ряд круглых разноцветных щитов, около двух десятков с каждой стороны.
Итого гребцов на каждом было по сорок, да еще человек двадцать сидели внутри корабля. Это была береговая стража – конунг свеев начинал охранять свой город издалека. Выглядели морские дружины внушительно и грозно: на каждом из воинов был стегач, обязательно шлем, над шлемами блестели железным лесом наконечники копий. Зимобор даже немного встревожился, впервые их увидев, но Хват, уже бывавший здесь, всех успокоил: береговая стража встречала всех проезжающих, но никогда не обижала мирных гостей.
Один из кораблей, самый большой, приблизился, и тут Хват принялся размахивать руками и кричать:
– Смотри, смотри, это сам он и есть, наш Бранеслав Столпомирич! Он самый, видишь, впереди!
Зимобор пока еще ничего не видел, но на большом корабле их, видимо, тоже узнали.
– Хейль ду! Привет тебе! Это ты, Доброгнев Лишеневич! – закричали оттуда. – Здравствуй, дядька! Вот и вы к нам! А я уж сам хотел к отцу посылать, да нет, думаю, скоро приедут! Давайте за мной!
Большой корабль развернулся и пошел в обход мыса, полотеский караван тронулся за ним.
Два других «горыныча» остались нести свою службу.
Наконец появился сам город. Но никаких крепостных стен у него не оказалось, ни детинца, ни посада – только ряды таких же больших безоконных домов вдоль ручья и дальше, поставленных в беспорядке, но достаточно тесно. Здесь уже не было взрытых гряд и не паслась скотина, узкие – двоим едва разойтись – дорожки между домами были вымощены досками и бревнами.
К берегу везде лепились корабли, ладьи и лодочки, а народу было так много, что даже Зимобор, привыкший жить в большом городе, удивился.
Дреки причалили, полотеские ладьи стали одна за другой подходить к берегу. Найти свободное место было не просто, ладьи медлили в воде, загораживая путь одна другой, где-то уже столкнулись, трещали весла, раздавались крики, по всему берегу поднялась суета.
