А там, если мне быть предельно осторожным, хитрым и расчетливым, а где-то наоборот, наглым и дерзким, можно умело фигурировать той или иной информацией в своих целях.
Нет, конечно, сам лезть в политику я не хочу — как уже говорил, я в ней совершенно не разбираюсь, да и вникать что-то не хочется. Тут и без меня есть влиятельные люди, которые смогут правильно использовать изменяющуюся обстановку и контролировать перестройку. Лигачев, Чебриков, Язов... Да что там перестройку, отменить ее к чертям!
Я знаю историю, знаю фамилии, знаю даты и события.
И ещё, только я знаю, что будет происходить дальше… А наличие у меня важной части архива хотя и козырь, но все же небольшой. Но ведь и КГБ структура не маленькая, в эти годы там было предостаточно людей, которые горой стояли за сохранение Союза. Просто в моей другой жизни, они не успели… Или не досмотрели, упустили запущенную цепную реакцию, во многом потому, что западные спецслужбы умело путали восприятие реальной картины происходящего.
— Громов? - окликнул меня Калугин.
— Товарищ генерал, я только за! Кто же откажется от столь серьезного предложения? Тем более, что мне абсолютно все равно, что там в архиве! Это не мое дело! Я ведь не профессор и не доцент. Вот стрелять, это да — мое. Я просто хочу приносить пользу родине, чтобы СССР стал ещё сильнее, ещё больше. Чтобы Америка наконец поняла, что им с нами не справится!
Конечно же, я лгал. И лгал открыто, почти не задумываясь. А вместе с тем создал себе образ наивного патриота, который готов слепо подчиняться.
И тут важны сразу несколько моментов — ругаться с человеком такого уровня, как Олег Калугин — это самое глупое, что я мог бы сейчас сделать. Кто он и кто я? Тем более, учитывая тот факт, что я ещё даже учёбу в высшем военном училище не закончил… Мне только что пообещали успешную карьеру, а что ещё нужно обычному прапорщику?
Верить на слово — это уже другой вопрос. Да, бесспорно, меня проще убрать, чтоб вообще не осталось никаких концов.
И будь на моем месте кто-то другой, так бы и было. Тут другое — сыграла значимую роль моя репутация. А стране нужны такие люди, потому что по мнению Калугина, такие как я — герои. Сам я так не считал, а для него я, скорее эффективный инструмент, которым можно управлять. Вот только этот офицер не знает, кто я такой и какие знания мне доступны. Пусть считает, что я заглотил приманку — брошенная мне кость очень сочная, кто бы отказался?! Видимость я создал...
