Да, Анна не понимала, по какой причине Лев о ней заботится, но она рискнула, и что из этого вышло? Анна привыкла ко Льву, полюбила его и сейчас считает своим сыном. Вот такой расклад.
– А он? – выдохнула я."
"– А он? – повторил полковник. – Говорит, что наконец-то обрел мать, и, если бы не ты, они бы жили счастливо! Лев до сих пор не понимает, каким образом ты догадалась об истине. Анна же уверяет, что отправилась в кафе тайком от «сына», чтобы прекратить твою активность!
Я вскочила.
– Ты дашь мне поговорить с ними?
– Поехали, – кивнул Александр Михайлович.
Когда я вошла в небольшую комнату, мужчина, находившийся в ней, мрачно сказал:
– Давно не виделись!
Я села на жесткий стул и заявила:
– Думаю, ты хотел меня видеть!
– И как только ты догадалась, под чьим именем живет Анна? – воскликнул собеседник.
Я положила руки на пустую столешницу.
– Королькова совершила несколько оплошностей. Первая! Во время разговора в кафе она назвала меня пару раз «девочкой».
– Ну и что? – не понял собеседник.
– Так Дашу Васильеву в последние годы называл только один человек, та, что выдавала себя за твою мать.
– Весьма шаткий аргумент!
– Согласна, поэтому есть и второй. Прощаясь, Анна заявила: «Я пришла на эту встречу из хорошего к тебе отношения». А какие у нас отношения? Видимся вроде впервые. Но, может, мы встречались раньше, просто я не знала, с кем общаюсь? И третье. Анна хорошо загримировалась: парик, черные очки, тонна косметики, изменила фигуру, придала себе несвойственную полноту.
Королькова даже голос изменила, думаю, она выпила одну дешевую микстурку, которую можно купить в аптеке. Хлебнешь чайную ложечку, и кашель утихнет, а опрокинешь разом двести миллилитров и будешь хрипеть сутки[17]. Вот только про ботинки дама не подумала, а зря, на них осталось пятно от кетчупа.
– Ты о чем? – не понял мой старый знакомый.
Я оперлась локтями о холодный стол.
– Мы с твоей «мамой» случайно столкнулись в магазине. Она приехала за минеральной водой, в целях экономии хотела взять целый ящик, но, вытаскивая его, случайно уронила бутылку с соусом, та разбилась, брызги томатпасты попали ей на обувь.
Я увидела пятно и поняла: в кафе сидит Ада Марковна, мать Фимы Пузикова! Кстати, она просила ничего тебе не говорить о той нашей встрече в супермаркете, боялась, что сын заругается. Я помогла Аде Марковне доставить ящик домой и увидела в прихожей твои грязные ботинки и кусочки бело-розового гравия… Потом все сложилось в единое целое.
