Глубоко вздохнув, я всё же сумела взять себя в руки и даже вполне нейтрально заметить, кинув выразительный взгляд на шаловливые руки девушек, выбравших на этот вечер «оригинальный» ведьмовской наряд – минимум одежды, максимум тела:
- Милые дамы, я не настаиваю, но как это ни удивительно, в нашем клубе есть определённые правила поведения. И они, мягко говоря, не приветствуют действия сексуального характера в отношении сотрудников, даже при полном их молчаливом одобрении. Репутация, знаете ли, обязывает…
Олежек тихо фыркнул, на что получил мой прищуренный и очень недовольный взгляд.
В ответ Верещагин улыбнулся и подмигнул мне, чем вызвал у меня очередной приступ недоумения.
А уж когда эта ехидная зараза выбралась из ослабевшей хватки девиц и не придумала ничего лучше, чем спрятаться за меня я и вовсе всерьёз усомнилась в двух вещах. Его адекватности и его же трезвости. Но отложила проверку на потом, уделив своё внимание начинающим гневаться посетителям.
- Да ты… - зашипела блондинка, подбоченясь и выставив вперёд свой менее шикарный, зато более открытый, чем у подруги бюст.
– Да как ты смеешь?! Ты хоть знаешь, кто мы?!
- Ну… - протянула в притворной задумчивости, окинув внимательный взглядом откровенные наряды, яркий макияж и драгоценности с чересчур вычурными камнями. Посмотрела на собственное, как оказалось, достаточно скромное платье и хмыкнула, скрестив руки на груди. – Вы – это что-то среднее, между мечтой инквизитора, проблемой ректора и головной болью декана среднестатистической академии магии…
- Чо?! – дамы юмор не оценили, сарказмом не прониклись.
А книгу видимо читали в последний раз в очень уж раннем детстве."
"Мне даже интересно, каким образом данная парочка вообще в клуб попала? Неужели охрана засмотрелась на выдающиеся телеса?
- Ладно, - сжалилась над бедными девушками под тихий смех Верещагина за спиной. – Говоря проще, или вы девушки лёгкого поведения, занесённые непонятно каким ветром в наш клуб… Или очень не обременённые моралью красавицы, решившие, что наличие круглой суммы на карточке с лихвой компенсирует отсутствие мозга и позволит творить всё, что душе угодно…
- Чо?! – вопль вышел громче и даже истеричнее.
Олег, стоявший сзади, обнял меня за талию и, уткнувшись лбом в плечо, беспросветно и бессовестно ржал. И я ему даже в чём-то завидовала… Мне было не столько смешно, сколько боязно, что своими речами я вполне могу нанести непоправимую травму тому, что у бедных подвыпивших девочек заменяет мозг.
