— Знаешь, — вздохнул Лешка, обнимая девушку, — меня не столько даже огорчают твои приоритеты… в конце концов, я могу их даже в чем-то понять, когда выбирать приходится между одним, пусть даже близким тебе человеком и благополучием многих, которое ты призвана хранить в силу положения Рода.
— Я всеми силами постараюсь избежать такого выбора.
— Откровенно… мне плевать на твою империю, императора и все прочее. Я хочу только защищать тебя. Если при этом придется защищать еще и империю… так тому и быть.
Ленайра захихикала, спрятав лицо у него на плече.
— Рыцарь-защитник.
— Ага. И потому я хочу, чтобы ты пообещала кое-что… Если вдруг тебе придется сделать свой выбор, не смей даже думать, уходить следом.
— Леш… ты считаешь, что я смогу потом жить? Ты бы смог?
Парень сильнее прижал к себе девушку.
— Какие-то идиотские у нас с тобой разговоры получаются после разлуки.
— О да… весьма романтические, — уже откровенно смеялась она. — А помнишь, какой у нас романтичной вышла первая встреча?
— Угу.
Свалилась мне на голову из старого зеркала в кладовке в своем невообразимом кукольном платье и с очень серьезным выражением на лице. Нет, серьезно, я тебя за куклу принял, упавшую со шкафа.
Ленайра пихнула его в бок.
— Ну тебя. А платье… у нас гости были. А во что, по-твоему, одевают у нас семилеток?
— Я видел, — снова рассмеялся Леша. — Куколка. А какой бант на голове…
— Убью.
— Конечно.
Никто, впрочем, даже с места не сдвинулся. Только Леша закрыл глаза, вспоминая, с чего началась их весьма необычная дружба после еще более необычной встречи…
Глава 9
(шесть лет назад)
Ленайра, сидя за детским столиком в компании Мирла (Джейр в свои одиннадцать лет уже считался достаточно взрослым, чтобы сидеть за главным столом) и еще троих детей, недовольно смотрела на веселящуюся толпу и с трудом удерживалась от слез.
Мама с папой умерли только два месяца назад, а дед приглашает гостей. Да, он объяснил ей необходимость этого, когда девочка устроила скандал, отказавшись переодеваться к празднику.
Умом она понимала доводы деда, но что для семилетнего ребенка доводы разума, когда у нее на глазах погибли те, кого она так сильно любила?
Дед объяснил ей, что Герраи не должны склоняться перед проблемами, что маме с папой не понравилось бы ее поведение. Убедить смогли, но сердцем этот праздник девочка так и не приняла."
"Ее обрядили в роскошное обшитое кружевами светло-голубое платье, сделав похожей на куколку.
