Раздался противный скрип, как если бы по стеклу скребли гвоздем, и люк неохотно приоткрылся. Он был на удивление тяжелым, в два слоя толстых, потемневших от времени досок. Прикидывая, зачем хозяину понадобилось конструировать такой массивный вход в подвал, Антон с большим трудом откинул люк и посветил внутрь. На него влажно дохнуло пещерным смрадом – даже несмотря на мороз, запах был тяжелым и затхлым. Стали видны ступеньки, ведущие в погреб – темные, громадные, с полустертыми краями. Луч фонаря осветил какие-то ящики, коробки, сваленные в кучу доски.
Секунду Антон колебался – не спуститься ли вниз? Может, там настоящие запасы еды, не то что эти напоминающие козьи какашки сухофрукты и пара несчастных банок просроченной тушенки. Однако, уже спустив ноги вниз, он передумал. Ну его на фиг, все же одному страшновато. А вдруг там мертвый хозяин? Поросший мхом скелет в лохмотьях одежды? Антона передернуло.
– Тимыч! – крикнул он.
– Что там еще? – недовольно поинтересовался Тима.
– Иди сюда!
Антон снова посветил вниз.
– Смотри, чего я нашел.
– Никогда погреба не видел? – спросил Тима, опускаясь рядом с Антоном на корточки. Он взглянул на темнеющие ступеньки и замолчал. Тиме почему-то вспомнились заброшенные штольни, о которых ходят нехорошие слухи. Он с сомнением поглядел на массивную дверцу. Антон перехватил его взгляд и истолковал его по-своему:
– Я, Тимыч, тоже не врублюсь – на фига они такую толстую дверь поставили.
Но Тима его не слушал, присев на корточки, он сантиметр за сантиметром осветил всю дверцу.
Но Антон уже и сам увидел. Как он мог не заметить это в первый раз!
– Как ты думаешь, для чего это сделано? – спокойно спросил Тима.
– Понятия не имею, – растерянно ответил Антон.
С внутренней стороны дверцы, на которой болтались серые клочья паутины с трупиками мух, были прикреплены крепкие металлические петли, до которых еще не успела добраться ржавчина.
– Я не удивлюсь, если где-то внизу замок, который предназначен для этой дверки, – проговорил Тима, и Антон нервно хихикнул.
На самом деле ему стало если не страшно, но уж, во всяком случае, не по себе.
Они посмотрели друг на друга.
– Полезем? – спросил Тима.
Антон облизал губы.
– Э-э… – протянул он и снова покосился вниз. – Че там делать? Только о хлам ноги перебьешь. Да и холодно там, – подытожил он, и прозвучало это полувопросом-полуутверждением. Тима чуть улыбнулся.
– Согласен.
Они закрыли дверцу и вернулись в комнату.
