– А ведь верно, – тихо произнес он. – Будто огонь горит.
Мезенцев отошел на край тротуара и взглянул на окна второго этажа. Они были занавешены изнутри темными непроницаемыми шторами.
– Наверху точно кто-то есть, – сказал шериф. – И этот кто-то не хочет, чтобы его присутствие заметили снаружи.
Виктор снова забарабанил в дверь салона кулаками, но все его усилия оказались напрасными.
– Здесь есть вторая дверь? – спросил Мезенцев.
– В таких зданиях обычно есть черный выход во двор, – сообразил Виктор. – Можем обойти.
– Показывай дорогу.
Они обогнули дом и вскоре оказались в узком темном переулке. Владимир Мезенцев не сразу заметил небольшую ободранную дверцу, на которой висел ржавый замок. Похоже, ею давно никто не пользовался. Петли двери тоже проржавели, повсюду была натянута густая паутина, в которой болталось несколько дохлых пауков.
Шериф огляделся по сторонам. В дальнем углу двора лежало несколько обрезков стальных труб. Недолго думая он выбрал один из них и подсунул под дужку замка.
Затем с силой надавил. Ржавые петли с жалобным скрипом выскользнули из ветхого дерева.
– А это законно? – с сомнением спросил Виктор.
– Нет, – ответил шериф. – Но иногда другого выхода просто не остается. Когда вокруг творится такое… Тут уж не до соблюдения законности.
Он потянул на себя почерневшую ручку, и дверь с трудом отворилась. Сразу за ней начиналась узкая лестница, также покрытая пылью и паутиной. Полицейские вошли в дом и, стараясь не шуметь, поднялись на второй этаж салона.
Они оказались в темном коридоре, из которого вело несколько дверей. Но свет горел лишь за самой дальней. Толкнув ее, Мезенцев и Шилов оказались в большом зале, где горело множество оплывших восковых свечей. Они стояли на полках и узких столах, на дощатом полу и стульях."
"Пол покрывали меловые круги со странными символами, в углах возвышались длинные идолы из черного полированного камня. В центре комнаты и в центре круга сидела на коленях Инесса в длинном черном платье. Она хмуро смотрела на вошедших.
Перед женщиной стоял старинный черный ларец с высокой крышкой, инкрустированный черными и красными камнями. На его гладких стенках играли блики от пламени свечей. Ларец покрывали изогнутые значки и символы, похожие на те, что покрывали пол. В мерцающем свете казалось, что они двигаются по узорчатым стенкам запертого сундучка.
– Вы?! – потрясенно выдохнул Мезенцев.
Виктор Шилов застыл за его спиной, с ужасом оглядываясь по сторонам.
