— она аж перестала жевать и отложила лакомство на тарелку, — Не боги горшки обжигают!
Вот это её ""Не боги горшки обжигают"", я повторяла себе ежечасно, как молитву, когда писалась моя первая история. Не сразу решилась на этот шаг, только тогда, когда поняла, что Ленкина идея меня больше не отпустит. Она уже просто горела во мне, жгла и не давала спокойно спать. В итоге, через неделю сомнений и метаний не выдержала, всё-таки ""взялась за перо"".
Когда подругам было оглашено, что книга сегодня запускается в публикацию, в дом набежала вся шумная компания.
И Ирка, и Наташка, ещё одна Наташка, Маня, ну и, конечно, Ленуся.
— Девчонки, не надо было. Мне и так страшно, вдруг провал. Так бы хоть в одиночестве свой позор пережила, а к публичному поражению я что-то совершенно не готова.
— Не правильная установка. — категорично заявила одна из Наташ, — Не дрейфь. Вот я, например, вообще нисколько не сомневаюсь в твоём успехе.
— Да! Мы просто обязаны были присутствовать при этом историческом моменте.
— подхватила вторая, — День триумфа дорогой подруги.
— Божечки, тётки, вы вообще о чём? Какой триумф? Слова-то какие нашли. Я — маленький, зелёненький новичок. Так быстро триумфов не бывает. — бормотала я, надеясь хоть немного умерить этот неудержимый поток энтузиазма, но меня никто не слушал.
А, нет, слушал.
— Но момент-то исторический?! — резонно заметила Лена, выставляя на стол большущую коробку из своей любимой кондитерки (при этом в пакете в другой руке что-то многозначительно дзынькнуло).
Исторический — факт. Не поспоришь.
Торжественно распечатали торт, и под дружный обратный отсчёт я нажала заветную кнопку.
Как же отчаянно я тогда трусила. Как волнительно было обновлять страницу и видеть, что люди забирают книгу в библиотеку, а число подписавшихся на автора читателей растёт. Автора? Это я? Неужели и вправду моя писанина кому-то показалась интересной? Каждому-каждому этому неизвестному человеку я сейчас всей душой посылала ""спасибо"".
— Ну! И чего ревём? — Лена обняла меня за плечи и блестящими глазами посмотрела в мои, — Светик… Пардоньте, Александра Шерл, ответственно заявляю вам, что это — успех. Слушай, а почему именно Шерл?
— Мой талисман. — я достала из-под блузки кулон с непроглядно-чёрным камнем, — От бабушки достался.
С того памятного дня прошло уже пять лет. Переводы постепенно отошли на второй план, а затем и вовсе сошли на нет.
