— Зато, возможно, есть, чего послушать. — подумала про себя, но настаивать перестала.
Мне, в силу своего миротворческого характера, очень хотелось, чтобы у всех всё было хорошо. Чтобы прям вот счастье — большое и сразу. Однако, чужая душа, даже такая близкая — всё равно потёмки. В Ленке сейчас кипел котёл страстей. Гордость, обида, прочно укоренившийся страх, недоверие к Шоарану боролись с симпатией к нему же.
Казалось, что логичнее и проще всего пойти и прояснить окончательно, где правда, где ложь — для этого ведь совсем необязательно кидаться к собеседнику на шею.
(Тем более что Шоаран, насколько я поняла, и не стремился сиюсекундно сократить дистанцию.) Просто поговорить, дать возможность объясниться. Уж то, что оба пребывают по многим вопросам в полном заблуждении — было очевидно даже мне — совершенно стороннему наблюдателю.
И именно как наблюдателю стороннему, мне больше не хотелось давать советов. Вовремя вспомнилась знаменитая и очень мудрая цитата Далай-ламы: «Прежде чем осуждать кого-то, возьми его обувь и пройди его путь, попробуй его слезы, почувствуй его боли.
Наткнись на каждый камень, о который он споткнулся. И только после этого говори ему, что ты знаешь, как правильно жить.»
Одним словом, кто я такая, чтобы решать за кого-то, что ему хорошо, а что плохо?
Ситуация так и повисла неразрешённой, и всё, что можно было сейчас сделать — набраться терпения, ждать и просто оставаться рядом.
Спросите, чего ждать? Что оправдается надежда на то, что человек, так долго искавший эту девушку, не отступится легко.
А Лена тем временем категорически, упрямо избегала новой встречи. Она даже домой теперь ходила другой дорогой, чтобы исключить вероятность случайного столкновения с Шоараном. С головой зарылась в дела и активно обучала своих помощниц парикмахерскому искусству.
Это было необходимо, так как со дня на день ожидался приток новых клиенток со стороны невесты Аратана.
Мы с Роном тоже не давали мозгам расслабиться — пока мы здесь, нужно было максимально полезно использовать время.
Ум уже натуральным образом раскалился от постоянных дум то о подруге, то о новом проекте с патентованием.
Я ведь об этом деле тоже имела весьма дилетантски-поверхностное представление. Как бы, теоретически-то понятно, в чём суть. А вот на деле всё, как обычно, оказывалось не так и просто. Тем более, с нуля. То один вопрос, то другой с каким-то адски раздражающим постоянством упирался и вяз в казуистике местного законодательства.
