На мои нужды, подъюбники Нэсси и даже панталоны Идриль — хватит.
В нашем мире получившиеся корявенькие примитивные изделия неоднородной толщины, не выдерживающие никакой критики, не прошли бы ни один ГОСТ. Но нам, слава богу, того и не требовалось. Оставив Одро с подручными за этим «увлекательным» занятием, с чистой совестью отправилась к Насуаде и Идриль.
По пути в комнату Нэсси меня перехватил Рон и, отчитав за безответственное отношение к своему здоровью, заставил топать на ужин.
— Ух ты! Уже ужин? — зажмурилась я, отмечая, что даже не заметила, как быстро пролетел день.
— Вот именно! — назидательно задрал указательный палец муж и коснулся им кончика моего носа, — К ночи опять будешь еле живая. И ешь как попало. Помнится, кто-то настойчиво воспитывал меня, втолковывая важность правильного и своевременного питания.
— Но там же девочки. — мучимая совестью, попыталась слабо посопротивляться я."
"— Твои девочки давно в столовой. Это тебя нынче неизвестно где искать. Гениальная моя. — с подковыкой, вот этой особой интонацией поддел Рон.
— Всё, сдаюсь. — миролюбиво ответила ему и безропотно пошла, куда отправили — трапезничать.
39
Прошло ещё две рундины (это по-нашему три недели), за которые мы худо-бедно успели завершить самые горящие дела.
Осень, смелыми мазками окрашивая мир в самые яркие краски, вступала в свои права. Всё чаще портилась погода, намекая на приближение холодов. Но в солнечные дни красота стояла такая, что сердце замирало.
Хотелось бросить все дела и сбежать с Роном в лес, побродить по мшистым тропкам, похрустеть веточками, усыпающими пружинящий бархатистый ковёр под ногами, подышать смолянистым воздухом.
Пообниматься под какой-нибудь берёзкой, а потом тряхнуть дерево и устроить полыхающий золотом, багряным, охрой и всеми оттенками пламени листопад. Да вообще — хоть и по грибы, да ягоды, лишь бы побыть вдвоём.
А то в последнее время как-то совсем не оставалось времени на уединение.
— Ничего-ничего, держись моя стойкая, боевая жена. — утешал меня Рон, — скоро всё закончится.
Все разъедутся, и мы, наконец, куда-нибудь выберемся вдвоём.
— Ага, — скептически кривилась я, — сперва они все съедутся. Как гляну, какие идут приготовления — шкурка дыбом. Чую, грядёт грандиозный дурдом.
— Да уж, что верно — то верно. И деваться некуда — таковы традиции. Зато посмотри, какую волну народного душевного подъёма ты организовала своими банями! Замок просто гудит. — хохотнул младший, — Ты у нас теперь любимица и главный герой крепости Хальдад.
