Но, как мы знаем, внешность не показатель, и за ней может скрываться та еще гнилая душа.
***
Был обычный ничем не примечательный вечер, который я проводила в одиночестве.
Знаю, что многие после расставания с партнером уходят в загул, пытаясь заглушить свою боль развлечениями, всякими психоактивными веществами, новыми знакомствами или тому подобными вещами, но я же будто пыталась спрятаться от всего мира, стараясь лишний раз вообще не выходить из своего жилого отсека никуда кроме работы.
Я снова активно принялась за игру на бабушкином гитарном манипуляторе, которую забросила в годы брака, увлеклась чтением романов и просмотром старых гало-фильмов, а еще начала изучать в инфосети больше информации о других планетах нашей галактики, приняв решение начать копить на переезд куда-нибудь прочь с “Экраны”, который смогу позволить себе лет через пять-семь, если буду откладывать большую часть зарплаты и не получу причитающихся мне от Адама сольдов.
Сообщение от комитета семьи усилило эти желания.
Наш с Адамом брак был официально расторгнут. В моей карточке личности теперь снова значилось имя “Лайла Боянова” вместо “Лайла Орис”, а семейный статус был обновлен на “не замужем”, что ставило окончательную невидимую точку в моем неудавшемся браке, хоть и сложно пока было разобраться в том, что я по этому поводу действительно чувствую.
Я восстанавливалась. По крупицам, по крошечным кусочкам.
Прямо с каждым вздохом, с каждым днем ощущаю, как мне становится легче. Боль предательства, поначалу горящая внутри пожаром и разъедающая мою сущность ядом, утихала, становясь какой-то.
.. глухой и остаточной.
Настойчивый сигнал входной двери вывел меня из раздумий. Гостей я сегодня точно не ждала, поэтому внутренне напряглась, почему-то решив, что ко мне заявился теперь уже официально бывший муж.
Он связывался со мной как раз вчера по поводу каких-то своих вещей, которые я якобы ему не отдала, попутно пытаясь выяснить, когда я буду дома и чем планирую заниматься вечером перед выходными.
Не знаю, чего он добивался и какие цели преследовал, но я в который раз отправила Адаму опись и гало-запись сбора всех его вещей, и заблокировала в коммуникаторе его контакт, так как теперь кроме прошлого и финансового вопроса нас с ним более ничего не связывало. А последний вопрос решал самостоятельно мой консультант.
Экран у входной двери продемонстрировал мне посетителя, личность которого оказалась для меня еще более неожиданной, чем я предполагала.
