Моргианский пират что-то зашипел из-под капюшона и приблизил голову к моему лицу, пытаясь то ли лизнуть меня, то ли обнюхать. Я с отвращением вдавила затылок в стену, стараясь отстраниться от монстра и сохранить дистанцию от его прикосновений.
Рядом захрипела Энрика, которую также бесцеремонно схватили и прижали к стене.
Наши тюремщики обменялись какими-то фразами, и их голоса, как мне показалось, звучали довольно и как-то... предвкушающе.
— Требую переговоров, — неожиданно подала голос Рика на икелансом языке.
Ну, хоть что-то полезное выучила на ""Невусе"".
— Нет переговоры, женщина, — хохотнул тот моргианец, который держал меня за горло, другой рукой пытаясь ощупать и стянуть верхнюю часть моего комбинезона. Я дергалась в его грубой хватке, уже морально приготовившись активировать лезвие тула, спрятанного в кармане. — Молчать... послушный... жить... товар... много платить... самка... другой галактика...
Мои познания в икеланском крайне ограничены, поэтому я понимала только отдельные слова.
Но общий смысл услышанного, в общем-то, оказался и без того ясен и однозначен.
Нас везут в Моргиан, чтобы продать. Как рабынь. Как товар. Как существ, которых лишили свободы и права выбора до конца жизни, которая вряд ли окажется долгой и безопасной.
Так поступали земляне в древние, дикие времена или жители Империи Латерна много столетий назад, когда активно воровали женщин Содружества для своих гаремов.
Госпожа Болер подавилась воздухом и закашлялась.
Пират, схвативший ее, отшатнулся и бросил блондинку на пол.
— Больной? — недовольно спросил у меня моргианец.
Я тоже начала изображать кашель и активно кивать, подтверждая его выводы."
"— Да, мы больны. Очень больны, — сообщила, с облегчением освободившись от хватки инопланетного чудовища и его рук на своем теле.
Меня било крупной дрожью, а сердце почти вырывалось из груди от страха, смешанного с гневом и отвращением.
— Не пить вода. Будет другой, — рявкнул пират, забирая питьевые контейнеры, к которым мы с Энрикой так и не притронулись.
Моргианцы зашипели теперь уже раздраженно и оттого еще более жутко. Потом еще раз осмотрели нас, поцокали и, даже не проверив тирианца, просто ушли, не произнеся больше ни слова.
— Надеюсь, хотя бы временно от нас отстанут. Может быть, даже будут лечить и не пичкать всякими гадостями, искажающими восприятие реальности, — произнесла я, когда автоматические створки за пиратами закрылись.
Думаю, я поступила верно.
