Венды вышли из лавки, а купец позвал старшего сына, который только что помог погрузить купленные луки и стрелы.
— Тео, когда граф позовет охочих людей в поход на вендов, не вздумай соглашаться. И парням скажи, чтобы не ходили. — А когда сын посмотрел на него вопросительно, пояснил: — У меня был плохой сон, не к добру это.
Месяц спустяПоход оказался тяжелым. Пять сотен, что привел в земли дулебов граф Уго, таяли на глазах. Ближние к землям германцев хутора оказались пусты, и воины, которые сожгли убогие землянки вендов, крытые камышом и соломой, лишь распалили свою злобу.
Где скот? Где бабы? Где зерно? То тут, то там, из зарослей вылетали дротики, метать которые словене были мастера. Счет раненых шел на десятки, были и убитые. Самым скверным оказалось то, что зазубренная кость наконечника, обмазанная дерьмом, легко ломалась в ране, и это приводило к тяжелому воспалению, от которого крепкий воин мог сгореть за неделю. Еще два человека умерли в корчах, с искаженной страшной мукой лицом. Столбняк на войне встречался частенько.
Но Уго упрямо шел вперед, сжигая все деревушки вендов, что попадались ему на пути. Проводник вел его к городищу местного князька Младана, который стоял ближе всех к границе. Отсюда как раз никто уходить не собирался, и за частоколом стен сидели те, кто оставил им пустые лачуги.
Баварцы разбили лагерь вокруг городка. Венды сильны только в своих подлостях, железного оружия у них немного, а доспех есть только у знати, и тот трофейный. Они чаще в бой голыми по пояс идут.
Видно, больше боятся единственную рубаху попортить, чем собственную шкуру. Граф Уго усмехнулся, смешно получилось. Надо будет вечером воинам это сказать, они оценят шутку.
Приступ начался на рассвете, когда бавары, собравшие из жердей десятки лестниц, пошли на приступ в полной тишине. Стены были плёвые, в два человеческих роста, и баварцы споро полезли на них, держа в руках ножи-саксы, что были в локоть длиной. Сзади стояли копейщики, которые должны были лезть следом.
Они, прикрытые щитами, сомнут хлипкий строй вендов. Но все пошло не по плану. Над крепостцой раздался протяжный крик, и на стенах появились защитники, которые стали деревянными рогатками отталкивать лестницы прочь. Баварцы, поминая Водана, Фрейю и бога войны Циу, полезли на стены, сверкая налившимися кровью глазами, но первых смельчаков встречали топоры, палицы и копья, а остальные из-под стен пытались поразить вендов ангонами. Без особого успеха, впрочем.
