– Вы забыли, что Лариса любимая девушка Мирона? – удивился я. – Нина ее за это ненавидела и решила доставить Бумагиной неприятности. Но все это лишь мои домыслы. В этой истории все хороши. Госпожа Лапина-старшая наняла меня, потому что хотела найти Нину и не могла по понятной причине обратиться в полицию. Обнаружив убитого Мирона, старуха ничего мне не сообщила, не пожелала рассказать, что посетила избу. Я спросил у нее: отчего она скрыла правду. Бабка промолчала, ее адвокат ответил:
– Ваш вопрос отклоняется.
Так я и остался в неведении.
– Иван Павлович, – воскликнул Кукушкин, – понимаю, первое впечатление о человеке обманчиво. Но ваше знание истории, латыни, воспитание… Мы очень похожи. Поэтому я и приехал к вам в злую минуту. Я веду, с одной стороны, активный, с другой – замкнутый образ жизни, не имею задушевного друга. Никого не прошу о помощи. Но сейчас! Помогите! Поговорите с Антониной и Костей, с Лапиным. Они должны увидеть флешку.
– В записи Юра постоянно говорит «дядя», – напомнил я, – вам придется самому начать разговор, но я готов составить вам компанию в неприятной беседе!
Эпилог
– Ваня, ты же не сердишься на Генри за то, что он отбил у того, кто его любезно приютил, невесту? – спросила Анна, осушив бокал шампанского.
"
"– Ваня, мы полюбили друг друга, – заявила Матрена, – я совершила ужасный поступок! Бросила тебя! У меня много подруг, я познакомлю тебя, например, с баронессой фон Брумель, ей тридцать, детей нет, огромное состояние!
Я заулыбался.
– Дорогая! Будьте счастливы с Генри!
– Надеюсь, Николетта не сожрет сына, – хихикнула Мотя, – она очень расстроилась, когда узнала, что мы с Иваном расстались.
– О! Торт! – засуетилась Анна. – Я специально заказала его к чаю и забыла в багажнике. Сейчас принесу.
Госпожа Дюпре умчалась.
– Ваня, – с чувством произнес Генри, – мы с Матреной век тебе благодарны будем. Ты устроил наше счастье. Анна, услышав, что Мотя дворянских кровей, сразу простила ей полноту.
– Мои ноги будущую свекровь больше не раздражают, – рассмеялась девушка.
– Дядюшка Алексей помог, он к старости стал плохо видеть, принял меня за представительницу древнего аристократического рода.
– Ваня, не могу открыть багажник, – донеслось из прихожей.
Я направился в холл и нашел там сердитую Анну.
– С арендованными машинами вечная беда, – злилась подруга Николетты, – даже новая дорогая непременно окажется сломанной. Я не смогла вынуть торт. Можешь посмотреть, почему крышка не поднимается?
– Конечно, – согласился я.
