– Судя по записке, которую он нам оставил, у него было хорошее настроение, и ему хотелось шутить. А почему бы и нет? Компромата в столе Тоси больше нет, можно не трястись, не оглядываться, не говорить шепотом…
Я понял, что она намекала на Фатьянова, но спорить не стал. В принципе такой акселератор, как Ирэн, здорово помогает в работе. Она заставляла меня сомневаться в своих выводах. Она навязывала свою точку зрения, и мне приходится искать веские доказательства, чтобы опровергнуть ее. Что ж, буду искать.
Не выезжая на Халтурина, я спустился по Волкова к Садовой.
Ехал медленно и часто кидал взгляд на зеркало заднего вида. За нами «хвоста» не было.
– Я все пытаюсь понять, что заставило Тосю оставить в замке ключ и спуститься этажом ниже, – сказал я.
– «Вы узнаете этого человека?» – Ирэн повторила вопрос, который задал Тосе убийца, и подняла взгляд к потолку машины. – Так спрашивают, когда кого-то представляют. Но мать утверждает, что на третьем этаже был только один мужчина. Может, ошиблась?
– Не обязательно, что убийца кого-то представил Тосе, – возразил я.
– Он мог показать всего лишь фотографию.
– Фотографию? – переспросила Ирэн.
– Вот представь: я стою на лестничной площадке, на пролет ниже тебя, и показываю фотографию человека. И спрашиваю: тебе эта физиономия знакома? Что делаешь ты? Конечно, спускаешься ко мне, чтобы рассмотреть снимок вблизи…
– Я спустилась бы только в том случае, если на фотографии было бы знакомое лицо, – ответила Ирэн. – Причем не президента и не именитого актера – нет! С этим человеком я должна быть лично знакома.
– Не просто знакома! – поправил я, заставляя Ирэн формулировать вывод более точно.
– Это должен быть человек, который мне не безразличен.
– Мало!
– Судьба которого мне была бы интересна.
– И что еще?
– И о котором я хотела бы узнать какую-нибудь информацию.
– Вот! – воскликнул я, подняв указательный палец. – Вот это очень важно! Тося забыла про дверь, про ключ в замке и спустилась вниз, потому что незнакомец показал ей фотографию человека, которым она очень интересовалась в последнее время.
И ты знаешь, кто этот человек.
– Максим Блинов? – с удивлением произнесла Ирэн, потому как этот вывод оказался для нее неожиданным, и отвела взгляд.
К этому выводу я хоть и подвел ее, все же Ирэн сделала его сама, она первой назвала имя Блинова. Это была ловушка, и Ирэн почувствовала себя в западне. Я ждал, как она будет выкручиваться из сложившейся ситуации. Ирэн будет не Ирэн, если признает мою правоту.
